Зло

Даже если люди Андропова заметут Сашку, он им ничего не скажет, так же как много лет назад майор Шорин не продал генерал-майора Рытова. Но все же с Сашкой надо поговорить. Пора на время закрывать все трикотажные дела. Уж больно шустро начали работать бойцы генерала Михеева.

Сегодня никто не сомневался, что больного Леонида Ильича заменит Андропов. Он умело и жестко убрал конкурентов, с последним, Гришиным, разборка уже началась, по Москве катится волна арестов торговых королей.

Он, генерал-полковник, кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, первый зампред Совмина, хоть и принадлежит к касте неприкасаемых, но от Андропова всего можно ожидать. Конечно, его не вышвырнут и не посадят, но он помнил, как разобрались с всесильным Шелепиным. Рытов вышел из здания ЦК после пленума, на котором Шелепин был выведен из состава Политбюро и ЦК и увидел растерянного Железного Шурика, стоявшего на тротуаре. Его ЗИЛ и охрана исчезли, словно их никогда и не было.

— Александр Николаевич, — сказал Рытов, — давайте я вас подвезу.

Шелепин посмотрел на него глазами затравленного зверя и кивнул, говорить не мог.

Всю дорогу до своего дома он молчал, глядя в окно. Вылез из машины, не поблагодарив и не попрощавшись.

А его, человека рангом пониже, вполне могут отправить послом в какую-нибудь крохотную страну. Но до этого пока далеко. Леня еще рулит. Вот за это время и надо обставиться, да и соломки подстелить, где надо. Необходимо сегодня же встретиться с Сашкой. На улице Алексея Толстого стояла пустая квартира. Но не исключено, что андроповские скорохваты нашпиговали ее техникой.

Была у Рытова еще одна квартирка тайная, о которой никто не знал. Осталась она у него от работы в МГБ. На этой кукушке он встречался когда-то со своими агентами. А уйдя из конторы, ухитрился оставить ее за собой. Был помоложе — водил туда баб, да и с нужными людьми встречался. Не хотелось бы показывать Сашке квартиру, но придется.

Рытов слишком долго проработал в госаппарате, чтобы не чувствовать приближение перемен. Читая оперативные справки Пятого управления КГБ, он анализировал обстановку в стране и понимал, что постепенно КПСС теряет свои незыблемые позиции. Многие вступают в партию исключительно по соображениям карьерным и даже не скрывают этого. Да и сама партия переродилась. Он, вступив в нее совсем молодым человеком, еще верил в ленинско-сталинские идеалы, но чем дальше Матвей Кузьмич работал в аппарате, тем лучше понимал надуманность догматических истин.

Огромная страна с невиданными посевными площадями, с невероятными возможностями развивать животноводство, не могла обеспечить своих сограждан продуктами. И это длится без малого шестьдесят пять лет.