Жрец Хаоса. Книга II

И странно… Обычно она предупреждает о подобных отлучках.

Последнюю фразу бабушка произнесла уже скорее для себя, глядя куда-то в сторону, где за окном медленно опускались сумерки, окрашивая небо в багровые тона.

Однако же мне отчего-то казалось, что всё не так просто. Я потянулся по связи с химерой и понял, что связь эта дребезжит чем-то нервным, фонит тревогой, беспокойством и самым настоящим страхом на границе с ужасом. Ощущение было похоже на тонкую стальную нить, натянутую до предела и вот-вот готовую лопнуть. Уж что-то подобное достаточно сильная химера — венец творения химеролога-архимага — вряд ли должна была испытывать просто так. О чём я и сообщил бабушке.

— Елизавета Ольгердовна, проверьте связь, — коротко обратился я к ней.

Бабушка нахмурилась, услышав подобное руководство к действию. Её брови сошлись в одну тёмную линию, а взгляд застыл, как будто бы она подключилась по связи к самой Василисе и попыталась посмотреть что-то её глазами. Спустя несколько секунд на лицо самой княгини легла тень беспокойства. Она резко вдохнула, словно вынырнув из глубины:

— Нам срочно нужно во дворец.

— Елизавета Ольгердовна, не думаю, что нас будут рады там видеть, — честно предупредил я её. — Мне дали отворот-поворот на две недели в связи с выходом после карантина, разрешив милостиво заниматься делами рода, и думаю, что повторный мой приход не вызовет особого энтузиазма, тем более что прошёл всего лишь день с последнего моего появления. А поскольку на карантине мы сидели с вами вместе, вряд ли в отношении вас есть несколько иная установка.

— Поверь мне, Юра, они захотят нас увидеть. И очень скоро."

"Во дворце мы были спустя полчаса. Ну, как «во дворце»… Мы приземлились на площади возле Кремля. Необходимо было ещё получить разрешение попасть во дворец, тем более что часы на кремлёвской башне отбили девять часов вечера. Их тяжёлый бой разнёсся над пустынной площадью. В такое время официальные приёмы уже были давным-давно завершены, а посему вытребовать аудиенцию у императрицы было достаточно сложно. Однако же бабушка воспользовалась привилегиями, имеющимися у архимагов, затребовав немедленную встречу. Её голос, когда она говорила со стражей, звучал истинно по-генеральски, чувствовался не только военный опыт, но и управленческий.

Требование о встрече передали обер-камергеру, и тому пришлось лично выходить к нам. Он даже не вышел из тени замкового прохода, лишь мундир с золотым шитьём тускло блестел в свете артефакторных светильников. Держа дистанцию в пять метров, он внятно повторил то же, что и сообщили мне: официально на две недели в целях безопасности мне и княгине запрещено появляться в пределах дворца.