Скала Жнеца

 – Элин колеблется, ей не хочется портить Фарре настроение. – Только боюсь, придется добавить плохую. Та сумка, которую заметили на воде… Неподалеку мы обнаружили тело.

Том оборачивается, и его ноги поднимают облачко пыли.

– Конечно, здесь совсем не так, как в других зданиях курорта, но, может, вам подойдет? Даже не знаю, когда хижину открывали в последний раз.

Стид начинает кашлять и прикрывает рот рукой.

– Наверное, много лет назад, – говорит он, пытаясь не задохнуться.

Элин осматривается. Контраст с сарайчиком на главном пляже разительный. В воздухе висит солоноватый запах сырости, застарелая вонь давно заброшенного пляжного домика усиливается мусором – потрепанными спасательными кругами и жилетами, старым радиоприемником, стоящим на заляпанном переносном холодильнике. Поцарапанные квадратные окна покрыты таким слоем грязи, что лишь через маленький кружок в центре стекла проникают водянистые полоски солнечного света.

– Здесь полное уединение, а это главное. – Домик, укрытый под скалой чуть выше линии прибоя, – идеальное место для работы вдали от посторонних глаз. – Для чего он сейчас используется?

– Когда-то здесь хранили всякое барахло из старой школы, а потом спортивное снаряжение… – Раздается треск рации, и Том умолкает. – Прошу прощения, мне нужно ответить.

Как только Том выходит наружу, у Элин звенит телефон. Сообщение от Уилла.

Она набирает ответ: «Все сложно. Не могу пока рассказать, но будь осторожен».

Элин ждет, пока Уилл пишет что-то в ответ.

«Хорошо. Я в главном здании. Буду там, пока не дождусь от тебя новостей».

Снова появляются три точки, когда он что-то пишет, но исчезают – похоже, он решил больше ничего не добавлять.

– И что тебе подсказывает чутье на этот раз? – шепчет Стид, когда она убирает телефон.

– Не могу сказать, пока не поднимут тело, но после слов Тома мне это не нравится. Плюс то, что он был один…

– А сумка? – Стид встает на цыпочки и заглядывает на заваленную барахлом верхнюю полку. – Она была так близко к нему и может объяснить, почему он там оказался. – Он замолкает, выворачивая шею. – Господи, похоже, время от времени кто-то тут жил. Есть примус, туристический коврик, куча старой бумаги… – Стид протягивает руку, и на пол слетает листок бумаги. Стид подбирает его и разглядывает. – Какой-то документ… Что-то о превращении острова в природный заповедник.

Элин заглядывает ему через плечо:

– Я об этом слышала. До «Люмен» экоактивисты агитировали за то, чтобы не трогать остров.

Чутье подсказывает ей, что это было бы правильным решением. Похоже, сам остров посылает ясный сигнал каждому поколению, которое тут обитало: вы здесь лишние.

Теперь у Стида в руках что-то другое.

– И еще фотография. Судя по всему, старая школа.

Элин невольно отшатывается.