Жнецы ветра

Рона сидела рядом с ним и пыталась согреться, дуя на озябшие, побелевшие пальцы. Она, как и я, с интересом прислушивалась к разговору. Втроем на козлах было тесновато, но никто не жаловался. Тиф, проводившая большую часть времени в седле, с иронией покосилась на Целителя:

– У нас не получалось иначе. Если начинали готовить учеников со смешанными «искрами» – выходило лишь жалкое подобие носителя Дара. Они ничего не умели. Существовали три-четыре года. И гибли.

– Почему?

– Звезда Хары! Если бы мы только знали! Проказа с Леем в свое время головы сломали, но так и не нашли разгадку. Именно поэтому приходилось сначала учить темной «искре», и лишь когда Избранный добьется успехов – пытаться дать светлую. Но время бывало уже упущено. Нужного результата мы так и не добились. Когда слишком много тьмы, она пожирает свет.

– Юми! – негромко позвал я.

Вейя тут же выглянул из фургона.

– Покопайся, если не сложно, в том барахле, что мы взяли из особняка. Может, там найдутся перчатки для Роны?

– Вот так, собака! – согласился Юми и юркнул обратно.

Ходящая благодарно кивнула.

– Но тогда как же получилось, что Гиноре удалось выучить Лаэн? – не отставал Шен."

"– Я понятия не имею. Возможно, она знала тайну, как одновременно разжечь и поддерживать сразу две разные «искры». Или Рыжая просто не имела того изъяна, что есть в нас.

– Какого изъяна?

– Тальки говорила, что темная «искра» меняет носителя и лишает… разных вещей. Возможно, нас она лишила умения учить других.

– Но ты учишь меня.

– Пытаюсь. Ты не слишком-то обучаем. – Тиф не смогла упустить возможности задеть его. – И потом, я делаю это не с самого первого дня. Твои «искры» горят без моего участия. Вот если бы я начала учить Рону…

– Никогда! – отрезала Ходящая, зло сжав кулаки.

Шен успокаивающе положил свою ладонь поверх руки девушки.

– Вот тогда бы у меня и у нее возникла масса проблем, – и бровью не поведя, продолжила Тиа. – Потому что в девочке нет ни капли тьмы. Она светла и невинна, как белоснежная овечка.

Появился радостный Юми и протянул Ходящей варежки из белой овечьей шерсти. Тиф хохотнула, Рона оставила это без внимания и от души поблагодарила вейю. Тот довольно заверещал про собаку.

– Гбабак все еще не вернулся, – в общем-то ни к кому не обращаясь, произнес Шен, решив поскорее сменить тему.

– Впереди деревня, – сообщила Тиф, привстав на стременах.

И она оказалась права. Довольно большое поселение расположилось рядом с сосновым бором, который потянулся по правую руку от дороги.

– Заедем? – обрадовался Целитель.

– Вот так, собака! – Юми уже был на крыше фургона.

– Разумеется, – сказал я. – Лошадям нужна еда. А нам новости. Бери поводья.

Тиф подстегнула Сонную и выехала вперед.

– Зачем лук? – спросил у меня Шен, заметив, что я вытащил оружие.