Дни нашей жизни

 – Или вы еще одни пуритане, которые собираются до совершеннолетия рассказывать ему, что его принес аист? Не нужно ничего бояться говорить при детях, будущее за сексуальной свободой, а иначе вы загоните его в обычные традиционные рамки, так же как и все эти гетерасики.

Я уже подумал, что всё, шансов уйти без физических повреждений у Гриши не осталось, и покосился на Льва, который, по моим личным прикидкам, должен был уже сорваться, но он смотрел на Гришу с какой-то непонятной улыбкой.

Абсолютно спокойный, он произнес:

– Ребята, вы прямо профессиональные геи. Я всё, конечно, понимаю, но в жизни надо заниматься чем-то еще. Мне вот на дежурство ночью. Поэтому мы, пожалуй, пойдем."

"Гриша и Гоша на прощание сказали, что им меня очень жаль. И добавили: «Кстати, ты вылез из вагины». Но это я и без них знал, потому что у меня была энциклопедия про все на свете, включая особенности зачатия и рождения ребенка.

Глядя им вслед, Слава сказал:

– Что-то мне больше не хочется общаться с другими гей-парами.

Лев был с ним солидарен.

– Мне тоже.

Но с одной парой наша семья еще пообщалась. Точнее, не с парой, а с семьей: двумя женщинами и их семилетней дочкой. Однажды они пришли к нам в гости и оказались вполне ничего. Подарили мне настольную игру, не донимали никакими расспросами, не прикасались ко мне и вели себя очень вежливо.

Мои родители тоже вели себя вежливо: я прислушивался к их разговорам из соседней комнаты, и Лев держался очень хорошо.

Я тем временем остался «за старшего», следил за их Дашенькой, развлекал ее и был милым. Хотя она только с виду казалась такой простой и наивной – когда я учил ее строить из конструктора башню, она вдруг предложила:

– Хочешь, покажу тебе, что у меня в трусах?

– Нет, – честно ответил я.

– А ты покажешь, что у тебя?..

– Нет.

– Почему? – Даша обиженно выпятила нижнюю губу.

– Я же не эксгибиционист, – просто ответил я.

Не знаю, поняла ли меня Дашенька, но больше она эту тему не поднимала.

«Эксгибиционист» было самое сложное слово в моем лексиконе на тот момент. Я узнал его, когда прочитал на столбе предупреждение, что такой мужчина водится в местном парке. Думал, оно мне никогда не пригодится, и все ждал случая, чтобы использовать его в разговоре. И вот случай подвернулся благодаря Даше. Осталось дождаться момента, когда можно будет вслух сказать «вдоволь». Вдоволь… Ужасно странное слово!

А с Дашей и ее мамами мы общаться перестали. Оказалось, что схожесть жизненных ситуаций и проблем – не гарантия того, что людям друг с другом будет интересно. В итоге идея дружить гей-семьями была заброшена на веки вечные.

Третий лишний

Однажды мы с бабушкой вступили в сговор. О нем никто не знал, только мы вдвоем. И вообще-то я сначала от него отказался.