Дни нашей жизни

— Люди обычно напиваются, когда хотят рассказать что-то очень личное, в чём-то признаться, но боятся, — сказал он. — А ты напился, чтобы наговорить гадостей… Герой…

Он был прав. И он был разочарован. Ну и к лучшему: нечего ему за таким дерьмом, как я, бегать.

Но он вдруг спросил прежним своим заботливым тоном:

— Тошнит?

— Немного.

— Пойдём ко мне. Я чай заварю. Крепкий помогает.

Я попытался вяло пошутить:

— Откуда ты знаешь? Ты алкоголик?

Ярик в ответ улыбнулся так же слабо. Никому смеяться не хотелось.

У него дома мы пили чай, и он пытался отвлекать меня разговорами на посторонние темы. Рассказывал, что хотел бы заниматься музыкой, но отец отдал его в секцию плавания, и что всё теперь не так. Я слушал его как будто издали, словно у меня уши заложены, и вроде бы я понимал, что он говорит, но сосредоточиться никак не мог.

Стало темнеть, и я спросил:

— Можно у тебя остаться?

Мне было стыдно возвращаться домой.

— Только родителей предупреди.

Я покачал головой.

— Предупреди, или не разрешу остаться, — строго сказал Ярик.

Я тогда встал с табурета и пошёл к двери. Он меня за руку схватил, остановил. Видимо, понял, что я всё равно домой не пойду: лучше под забором переночевать, чем вот так просто вернуться.

— Я сам позвоню. Дай номер.

Я не дал.

Но Ярик хитрый. Он вроде на вид наивнейший, но хитрый. Написал нашей старосте и спросил телефонный номер моего отца. В итоге сам и позвонил.

А его родители мне обрадовались. Видимо, это потому, что у Ярика не очень много друзей.

Его мама постелила мне на полу. Но ночью мы долго не могли уснуть. Я слышал, что он тоже не спит, потому что часто дышит — чаще, чем спящий.

Я тогда спросил:

— Чего не спишь?

Он сказал:

— Думаю.

— О чём думаешь?

— О твоих родителях. Мне кажется, зря ты так с ними. Если бы у меня были такие родители…

Я его перебил:"

"— Ты сейчас начнёшь их идеализировать, потому что сам гей.

— Я не об этом. Вообще не про то, что они геи. А про то, что они способны принять тебя таким, какой ты есть. Даже вот такого.

— Это ты на каком основании решил?

— Ну сам подумай. Тебя за слово «членосос» ударили всего лишь один раз. Ну чего ты так смотришь, как будто это было несправедливо? Несправедливо, конечно. Надо было больше. Ты Илью и за меньшее чуть не убил.

Я ничего не ответил. Что тут скажешь? Он прав.

— Только больше так не говори, — попросил он. — Это делает тебя даже хуже, чем Илья. Он просто так эту чушь выкрикивал, в пустоту, ни про кого. А ты про самых близких людей такое говоришь.

Он повернулся на другой бок и проговорил:

— Я спать, а ты не спи. Тебе нельзя. Думай, что завтра им скажешь.

И я не спал. Думал.

ЛУЧШЕЕ РЕШЕНИЕ

Я лежал в своей комнате и смотрел в потолок. Только что вернулся домой, но так ничего и не сказал родителям.