Дни нашей жизни

Ну пожалуйста-пожалуйста!

— Твой муж вообще в курсе о твоих мечтах?

— Да мне просто интересно посмотреть!

— Я занят, у меня сессия.

— Не понравится — уйдешь. Хорошо?

Лев ещё некоторое время отнекивался, но после аргумента «А вот когда тебе нужна была берцовая кость, я тебе её достала!» пришлось согласиться.

Славу пропустили, когда он показал свой студенческий билет К возрасту не пригляделись — решили: раз студент, значит, совершеннолетний.

Всё-таки клуб был не как в сериале — по крайней мере, люди в основном были одеты, и даже прилично. Первое, что начал делать Слава, — искать место, куда чаще всего падал свет от мерцающих софитов. Но самым освещённым местом оказалась барная стойка — туда он и направился.

— А вот пить мы не договаривались, — это моя мама его одёрнула.

— Я не пить. Я порисую.

Не желающий привлекать к себе внимание Слава в итоге оказался самым интересным и заметным в тот вечер. Когда кто-то приходит в гей-клуб, чтобы сесть там и начать рисовать какую-то домашку по академическому рисунку, это очень даже привлекает внимание.

Вот и Льва это привлекло. Он увидел человека, который хотел находиться там не сильнее, чем он сам. И ему показалось, что если он не заговорит с этим парнем в этот вечер, то другого шанса просто не будет. Ясное дело, что парень тут первый и последний раз, выйдет отсюда — и растворится в чёртовом миллионнике навсегда."

"Лев подошёл к нему и устроился на соседнем сиденье. Чисто символически заказал какой-то коктейль. И спросил самое глупое и очевидное:

— Ты художник?

Слава поднял на него взгляд. Помолчал немного, будто думая, отвечать или послать. Решил ответить:

— Да.

Лев кивнул:

— Слушай, я в меде учусь, у меня завтра экзамен по анатомии. Можешь нарисовать мне непарную и полунепарную вены?

— А как они выглядят?

— Давай вскроем, посмотрим, — столкнувшись с недоумённым взглядом, Лев пояснил: — Извини, у меня странный юмор.

Тогда Слава засмеялся:

— Мне как раз такой нравится.

— Может, свалим отсюда? — предложил Лев.

Он имел в виду — на улицу, погулять, куда угодно, лишь бы не торчать в этом шумном и душном месте. Но Слава понял его не так.

— Если ты меня на что-то развести пытаешься, то не получится, — хмуро ответил он.

Льва такой ответ задел: разве он похож на того, кто будет пытаться «разводить»? В тон парню он сказал:

— Не пытаюсь. Ты вообще не в моем вкусе.

— Да?

— Ага.

— Могу я тогда пойти познакомиться с тем блондином за твоей спиной?

— Нет, — ответил Лев, даже не обернувшись на блондина.

— А на каком основании ты мне запрещаешь?

— На том основании, что ты спросил разрешения.

Слава снова засмеялся: логично, даже не подкопаешься. Он захлопнул блокнот, в котором пытался по памяти вывести гипсовую статую.