Дни нашей жизни

В первом классе мог прямо сказать, что меня дома убьют, и мы вместе паниковали, а потом вместе радовались тому, что меня всё-таки не убили.

Лена теперь жила в другом доме, не рядом со школой. Она пригласила меня пройти в квартиру: было заметно, что они въехали совсем недавно. Везде были неразобранные коробки и чемоданы. Её родители узнали меня и, как это полагается всем взрослым, восхитились тем, как я «вымахал».

Лена предложила мне поужинать, а я не стал отказываться, потому что не хотел с ней расставаться.

Что мне всегда нравилось в Лене — она никогда не парилась над тем, как выглядит со стороны. Бабушка всегда учила меня, что нужно быть очень гостеприимным, всегда накрывать на стол, класть нож и вилку, предлагать чай каждые пять минут Лена же поставила на стол сковородку с жареной картошкой и предложила есть прямо с неё. Я был в восторге от этого жеста. Ещё и жареное! Дома жареное полагалось мне крайне редко.

Мы ели, нарушая все правила этикета, и снова разговаривали обо всякой ерунде. Домой я потом возвращался как на автопилоте. Даже не заметил, как дошёл.

Очнулся лишь тогда, когда на пороге, в коридоре, посмотрел на настенные часы. Почти одиннадцать ночи.

Родители встретили меня каменным молчанием.

— Лена вернулась, — только и сказал я в своё оправдание.

— Мы уже в курсе, — мрачным тоном сообщил Лев. — Учительница сказала, что ты со счастливой и влюблённой физиономией ускакал за ней.

— Вы что, ей позвонили?

— А что нам оставалось? Ты с нами разговаривать не хотел.

— Да просто телефон не слышал, — оправдывался я.

Лев веско пообещал:

— Ещё раз придёшь домой после девяти — будешь неделю ходить только в школу, туда и обратно, под моим личным присмотром.

— После десяти… — я попытался поторговаться.

— После девяти."

"Почувствовав в голосе Льва стальную непреклонность, я не стал больше пытаться спорить с ним. Пристыжённый, я пошёл в свою комнату, услышав негромкий голос Славы:

— Вот и наступил этот дурацкий возраст…

ДЕСЯТЬ ЛЕТ

Я часто слышал от других детей, что у их родителей бывают «годовщины свадьбы». И что они даже бывают ситцевыми, бумажными, деревянными. Но у моих родителей свадьбы не было, поэтому не существовало и таких праздников.

Однажды мы сели ужинать, а Слава вдруг спросил у Льва:

— Ты помнишь, какой завтра день?

— Что, опять ударился головой и не понимаешь, где ты? — отшутился Лев.

У него была интересная реакция на слова и действия, которые считались романтичными или милыми. Даже я понял, что речь сейчас пойдёт о какой-нибудь знаменательной дате, но Лев упорно хотел свести всё к шутке.

— День, когда мы начали встречаться, — ответил за него Слава.

— Да? И сколько уже?

— Десять лет.

— Серьёзно? Ты уже такой старый?

Ого! Десять лет — целая вечность.