Восемь жизней

До девятилетней Юли-Надюши оставалось не больше тридцати метров. Ребенок почти не двигался, подставляя убийцам ободранную спинку и лохматый затылок.

— Отсюда могу не попасть!

— А ты шагни поближе и прицелься повнимательней! Стреляй, идиот!

Зернов даже не раздумывал, взвел курок и нажал на рычаг.

Детское тело несколько раз конвульсивно дернулось и распласталось на камнях.

— Контрольный в голову отменяется, — пробормотала Марина, подходя поближе. Тяжелый запах Надиного тела смешался с легким запахом запертых в гильзе пороховых газов.

— Вынимай пакет, Кирюша, и сумку расстегивай. Надо погрузить нашу красавицу, и поскорей.

— Погоди, Маня. Дай перекурю. Держи свой «ствол». Протри его хорошенько и выбрось подальше. Молодчина, что позаботилась об оружии. Прощаю тебя.

Марина бережно приняла еще теплое оружие, вытащила из кармана специальную салфетку и осторожно протерла весь пистолет.

— Сама принесла, сама унесу — мне его не подарили, а в долг дали.

— Да ты дура полная! Кто такие долги возвращает! — заерепенился Зернов, но девушка медленно и спокойно направила бесшумное дуло прямо ему в лицо.

— Повтори, пожалуйста, Кирюша, какая я дура? Полная? Худая? Круглая? Квадратная?

Доктор обмер. Он понимал, что это шутка, что ассистентка без него пропадет, не выпутается… Но впервые в жизни короткий ствол был на расстоянии вытянутой руки от его лба.

— Подойди и упакуй тело, сложи в сумку, и потом покурим, — голос Марины был спокойным, ледяным, без намека на истерику.

Кирилл, пятясь и не теряя жуткого черного отверстия из виду, подошел к маленькому трупу, для верности приложил пальцы к сонной артерии — нет ли пульса. Потом приподнял тело, обхватив мертвого ребенка за плечи. И вскрикнул, не сдержавшись. Под мертвой девочкой был живой мальчик — его сын Петя.

* * *— Звони Бахрушину, Боря, пусть подключает местных товарищей. Деньги я переведу немедленно, но ты, надеюсь, понимаешь — это кто-то случайный. Не удивлюсь, если пенсионер или ребенок. Настоящий бандит, будь то силовик или уголовник, такой суммы не придумает — они по пятьсот евро вечером в кабаках пропивают. А дилетантов предсказать непросто — на них ни досье, ни компромата. Пока определишь почерк… — Подберезский заполнял сопровождающий бланк ровными рядами аккуратных буковок и советовал Комбату то, что тот и сам решил сделать. Девушка в окошке пояснила, что получить деньги в Сочи можно будет через час. Хотелось проконсультироваться с товарищем полковником, как скоро сочинские коллеги смогут узнать, кто такая эта Дударенко, кому она отдаст деньги и, главное, почему. Брат он ей, муж? Андрюха предполагал, что внук или племянник. А сама Виктория Альбертовна окажется ветхой старушенцией, не способной ни объясниться, ни натолкнуть на мысль.