Тысяча жизней подряд

Мегги расположилась позади нас и рассматривала страницы с тем же неподдельным интересом.

– Мне уже не терпится начать свою, – благоговейно произнесла она. – Может, и у меня получится что-то столь же прекрасное?

– Естественно. Тут вопрос практики, – отозвалась бабушка.

– Но как я смогу узнать, что имеет значение именно для этой жизни, чтобы сохранить нужные воспоминания?

– О, ты узнаешь, – вмешалась Грета. – Возможно, в первой жизни это и не всегда удается, но с каждым разом получается все лучше. Тебе очень повезло, что ты нашла нас. Не каждой вновь рожденной колдунье это удается. Я не смогла зафиксировать в своей Книге Душ ни единого воспоминания из моей первой жизни, потому что попросту не понимала, что со мной происходило.

Я набрала воздуха в грудь, прежде чем произнести свои следующие слова, но они все равно вышли какими-то писклявыми.

– Я решила принять свое предназначение, – объявила я. Селина пока не появлялась, но мне было все равно. Я хотела, чтобы они знали об этом. Эти женщины воспитали меня и с пониманием отнеслись к моему решению, и они же первыми должны были узнать о том, что я передумала.

Тут же разразилась суматоха и гвалт, который определенно был слышен во всех уголках Сент-Анн. Все пятеро считали совершенно необходимым высказаться и смеялись без умолку. Поначалу растерявшись, бабушка быстро взяла себя в руки и теперь гордо улыбалась, Пенни поднесла руку ко рту, из уголка глаза Полли выкатилась слеза, а Грета и Молли дали друг другу пять, словно для них это было ожидаемо. Мегги завизжала и бросилась мне на шею. Ее радость была так велика, что я не могла не улыбнуться в ответ и порадоваться тоже, хотя мой жизненный план только что пошел ко дну. Я обняла сначала Мэгги, а потом и всех остальных.

– Это правильное решение, – прошептала Пенни, крепко прижав меня к себе.

– Мы поможем тебе, – сказала Молли, погладив мою раненую щеку.

– Ты станешь замечательной колдуньей, – добавила ее сестра.

– Конечно станет, – вмешался голос у двери. – Образумилась наконец?

Звучало так, словно мое решение было ее заслугой.

– Добрый день, Селина, – поприветствовала ее бабушка. – Мы ожидали тебя гораздо раньше.

В ее голосе промелькнул легкий упрек.

– Мне еще пришлось написать несколько писем. Извините, пожалуйста. – Селина подошла ко мне. – Какому событию мы обязаны этой необычайной переменой?

– А разве это так важно?

Одним плавным движением Селина опустилась в кресло. Свои черные волосы она завязала в тугой узел, что подчеркивало ее высокие скулы. Колдунья была одета в белоснежный брючный костюм, который дополняли туфли на шпильках с цветочным узором. Как она умудрялась ходить в них по брусчатке Сент-Анн, оставалось для меня загадкой.