Жизнь — жестянка (СИ)

Настойчивость последних настолько отвратительна, что я каждый раз искренне недоумеваю — неужели их услугами действительно кто-то пользуется? Планирую добраться до города на аэроэкспрессе, но планам моим сбыться не суждено. Чуть в стороне от общей толпы меня поджидает Кондратьев. Молча отбирает у меня сумку и ведет на парковку. Даже не думаю спрашивать у него, как он узнал, в какой день и каким именно рейсом я прилечу. Каждый имеет свои источники информации и может распоряжаться полученными знаниями по своему усмотрению.

Кондрат привозит меня в мою московскую квартиру. Ближе, и машина моя, позабытая и позаброшенная, стоит здесь, в подземном гараже. Договариваемся, что утром он заедет за мной, и мы отправимся в гости к Стрельникову.

Пансионат, в котором он зализывает свои боевые раны, расположен за Калязином, на берегу Волги. Места красивейшие. Мы немного гуляем. Стрельников выглядит уже вполне бодро, хотя Кондрат до этого дорогой сообщил мне, что ранение оказалось очень тяжелым. Пуля разворотила легкое, и только чудом Стрелок остался жив и относительно здоров.

Теперь же сил ему вполне хватает на то, чтобы поучать меня.

— Ну вот чего, спрашивается, приперлась? Премьера у тебя? Ну так сбегай на свою премьеру по быстрому и дуй до городу Парижу, ихде твой миленькай живет.

Он все это именно так и произносит: «ихде» и «миленькай». Это из моего любимого мультика про волшебное кольцо. Смеюсь.

К середине дня мы уже опять в Москве. Мне еще надо сделать прическу и вообще снарядиться для похода на великосветский раут. Думаю ехать туда на такси, чтобы иметь возможность хотя бы немного скрасить свое существование там выпивкой, но звонит продюсер и предлагает заехать за мной. Ему проще, у него шофер.

К объявленному в приглашении началу опаздываем ровно настолько, чтобы оказаться в общей толпе прибывающих. На нас никто не обращает особого внимания. Общеизвестно, что тусовки такого рода собирают не для того, чтобы смотреть кино и уж тем более не для того, чтобы чествовать его создателей. Просто удобный предлог, чтобы пригласить нужных людей и всласть потусить с ними.

Подходит Олег и пеняет мне на то, что свое обещание устроить ему интервью с бабушкой я так и не выполнила. Тут же предлагаю ему приехать в Париж, на что он только кривится. Уходит ворча себе под нос:

— В Париж, по делу, срочно…

Издалека вижу Борзунова и нерешительно киваю ему. Он чуть медлит и отвечает мне тем же. Минут через десять подходит, чтобы поинтересоваться здоровьем бабушки. После подобного знака внимания со стороны главного на этой тусовке «свадебного генерала» прочие гости радикально пересматривают свое отношение ко мне и начинают валить валом, чтобы высказать свои восторги.