Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Скажем, если зрение рассматривать как экран телевизора, то какой половине экрана уделяется больше внимания – правой или левой? А как внимание распределяется между верхом и низом экрана? Изучая этот вопрос с разными группами исследователей, Элизабетта постоянно добавляла к нему что-то свое. Как распределяется зрительное внимание, если смотреть на телеэкран, повернувшись к нему спиной и наклонившись так, чтобы выглядывать между ног? Левая сторона станет правой и наоборот? Никогда не забуду изумленное лицо Джеффа в тот момент, когда Элизабетта озвучила свою идею; за этим последовали месяцы экспериментов. Она до сих пор остается одним из самых близких наших друзей и стала уважаемым ученым, успешно пробивающим себе дорогу в итальянской академической среде, где доминируют мужчины.

Джордж Миллер и зарождение когнитивной нейронаукиНью-Йорк давал невероятно много, в том числе таланты из Рокфеллеровского университета, среди которых выделялся Джордж Миллер. Я только что приехал в Корнелл и искал, с кем бы из хорошо знающих психологию познакомиться. В соседней комнате работал Миллер, один из гигантов в истории психологии, так что я связался с ним и спросил, могу ли как-нибудь к нему зайти. Он разрешил и предложил потом пообедать вместе. Я и подумать не мог, что вскоре мы будем развивать область когнитивной нейронауки.

И сам Миллер, и его офис меня поразили. Мало того, что там было больше книг и научных журналов, чем на некоторых психологических факультетах, так он еще, судя по всему, бо́льшую часть этой библиотеки прочел. Когда Миллер встал, чтобы поприветствовать меня, я с удивлением обнаружил, что он одного со мной роста, а это, на минуточку, почти два метра. Мы сразу же поднялись в Rockefeller Faculty Club, пристанище великих умов и царство посредственной еды, взяли подносы с супом и сэндвичами и сели за столик. Мы обсуждали разные темы, как вдруг он радушно спросил: “Пива хотите?” Я ответил: “Нет, спасибо”. Через некоторое время он опять спросил: “Хотите сигарету?” Я сказал, что не хочу. Еще чуть позже он предложил мне взять десерт. Я снова отказался. Мне хотелось держаться в рамках делового общения. Миллер озадаченно посмотрел на меня, явно размышляя над тем, есть ли у меня в жизни хоть какие-нибудь удовольствия, и наконец спросил: “Но вы хоть трахаетесь?” Я обомлел, но уже через секунду расхохотался. И взял себе десерт.

Лед между нами растаял, и я понял, что репутация Джорджа как великого мыслителя сбила меня с толку. Образы выдающихся умов обычно начинают жить своей жизнью, из-за чего неофиты вроде меня решают, что столь важные персоны предпочтут выпить пива со старым другом, чем встретиться с каким-то неизвестным человеком.