Есть ли жизнь после отбора?

Зелья, артефакты, дурманные порошки – что-то ослабило его настолько, что…

Бывший Правитель не договорил и просто развел руками.

– Кто-то что-то думает предпринимать по этому поводу? – нахмурилась Ауэтари. – Настолько непрокий юноша недолго сможет на троне усидеть. Даже в роли куклы: веревочкам не за что держаться будет.

– Я получил несколько писем, – вскользь бросил Кристоф, – но у меня свой путь.

– Через армию, я так понимаю? – прямо спросил Гамильтон.

– Истинно так. Я уже был обязан Совету Магов. Как безжалостно подметила Мина – полу-Правитель. А если я позволю им помочь мне вернуть власть… Что ж, буду опутан не просто веревками, а цепями с крючьями.

– Тогда почему ты здесь? – недоуменно спросила и тут же исправилась: – Я рада тебе! Рада. Но… Разве ты не должен окучивать генералов? Или как там это все происходит?

Тут Кристоф склонил голову и задумчиво произнес:

– Не уверен, что мне стоит сейчас говорить правду.

– Если ты не доверяешь…

Но договорить мне не удалось, он потянулся вперед и коснулся указательным пальцем моих губ:

– Тебе – абсолютно.

Откинувшись обратно на спинку стула, он продолжил:

– Я просто опасаюсь, что ты можешь меня неправильно понять. Дело в том, что лучшее, что я могу сейчас делать, – это не привлекать ничьего внимания. Заниматься чем-то таким, что будет наблюдателям понятно. И я… Изначально я не собирался на Окраины. Я старательно закупал вино и складировал его в своем погребе, чтобы создать впечатление сломленного и отчаявшегося человека.

– Никто, знающий тебя, не поверит в запой, – возмутилась я.

Но вместо Кристофа ответила Ауэтари:

– А кто знает Правителя как человека? Те, кто знают, – промолчат.

– Логично, – признала я и жестом показала, что, мол, молчу-молчу и слушаю.

– Но желание увидеть тебя становилось нестерпимым, а после и вовсе… Спасибо легконогой леди Бигль, как она велела себя называть. У нее несносный характер, и она была страшно недовольна тем, что ей пришлось ступать по «презренной земле».

– О, ставлю десять на Висморфу, – хихикнула Ауэтари.

– Поддерживаю, Тиссара, – отреагировал Гамильтон.

Перекрестный допрос, и победитель – Ауэтари. Ибо леди Бигль обладала редкой биколорной окраской.

– Она ворчливая стерва, но не злая, – довольно произнесла моя песья мать и тут же добавила: – Прошу прощения за недостойное поведение.

Кристоф легко улыбнулся и спокойно продолжил:

– После развеселой встречи за крепостной стеной я понял, что не способен покинуть тебя. И дальше был вариант – таиться или же, напротив, открыто и явно показать себя.

– Пока ты здесь, твой наблюдатель считает, что ты пытаешься выгодно жениться? – догадался Гамильтон.

– У нас не очень хорошо умеют слушать, – повинилась я.