Взять живым мёртвого

Ить я ж завсегда перед сном пью. Правда, чаще не воду…

– Но вы же её проверяли?!

– А то! И щас тебе скажу: яду в ей не было. Да вот колдовская соль, видать, была. Под старым Кряковом, в местечке Велички, таковую копают, и цвет у ей голубой, оттого при растворении простым взглядом не увидишь, на вкус не почуешь.

– В том, какая зараза и какие слова над ней нашептала, – повела плечиком милая старушка. – Вот с той воды каждый из нас себя по-своему вёл: Митька спал беспробудно, я всё видела, да тока рта раскрыть не могла, ну а тебя с того на подвиги разные потянуло. И ведь, что ни говори, уж ты, сокол ясный, храбро со всеми бедами управился!

– Это… получается, это был не сон?

– А-а, чегой-то вы тут шумите над самым ухом? Будите сироту недокормленного почём зря-а, а-ах… – широко зевнул наш младший сотрудник, встревая в разговор. – А то, может, я чему помешал? Может, вы здесь без меня какие-то секреты обсуждаете? Может, насмешничали у меня за спиной, а?!

Мы с бабкой переглянулись и, не сговариваясь, отвесили болтуну по подзатыльнику. Ему не больно, а нам снятие стресса. Митька чихнул, улыбнулся, встал, радостно потирая руки.

– Ох и выспался же я, слава родной милиции! Сколько сил в себе чую, ажно грудь распирает до чрезвычайности. Хотите, чё-нить эдакое учиню? Да за-ради вас хоть королевне энтой чернявой нашу избушку на голову надену!

– Теперь его на подвиги тянет?

– Побочный эффект, – подумав, согласилась Яга. – Наше дело ведьмовское по сути своей преизрядно тонкое. Потому и кажный раз по-разному себя проявляет. Ну дак мы за то с моей сестрички названой по полной спросим. С пристрастием!

И, судя по необычайно холодному взгляду нашей доброй бабушки, кое-кому сегодня придётся очень несладко. Это она у нас в обычном состоянии вспыльчивая, но отходчивая. А вот когда по-настоящему сердится, спокойная-а даже не как танк, а как ракетоносный крейсер с атомными боеголовками, – вот тогда гаси свет, жми ядерную кнопку. Думаю, вот и динозавры в своё время так же нарвались, вытоптали ей огород с морковкой, ну и…

– Идём разборки чинить.

– Но, быть может, ваша подруга и не собиралась нас травить. Просто роковая случайность.

– Да за таковские случайности бьют до чрезвычайности, а за такие небрежности бьют по промежнос… – вспыхнула было Яга, обеими руками запечатывая себе рот. Выдохнула, перекрестилась и кротким голосом попросила: – Митенька, пни дверцу ножкой. Да не поскупись, от всей души пни!

– Рад стараться, Бабуленька-ягуленька, – демонстративно засучил рукава наш богатырь. – За-ради вас и лбом готов ейную дверь вышибить!

Слава богу, лоб он применить не успел, мы вообще редко разрешаем ему головой пользоваться.