Живые и взрослые

И соседка, тетя Поля, так и сказала: прекрасно, что Сонечка родилась в такой день, мы ведь как раз для этого и Проводили Границу, чтобы живые дети рождались и были счастливы!

Тетя Поля была заслуженным пограничником, до Проведения лет десять провела в подполье. Левушка, когда был маленький, все читал книжки о Проведении Границ и не в одной, так в другой обязательно была такая вот Полечка: молодая, задорная, смелая. Роза всегда Леве про нее рассказывала, когда он приставал: «Бабушка, расскажи, как было до Проведения Границ, ты же помнишь!»

Но Роза — ни в какую. Она лучше про тетю Полю расскажет, чужие истории пересказывать проще. А сама она — что вспомнит? Когда Границы провели — она была совсем девчонка. Роза и позабыла все, что было до того, — словно у нее самой провели внутри Границу и отсекли все, что по ту сторону. Или она сама эту границу провела, кто знает?

Нет, конечно, кое-что Роза Борисовна помнит: улыбающуюся маму в строгом платье, серьезное папино лицо в ореоле иссиня-черной бороды, серебряный подсвечник с пятью свечами, книжку Дюмаса о приключениях мушкетеров, свежую, только что переведенную…

Но что об этом рассказывать? Дюмаса Левушка и сам читал.

А теперь, гляди-ка, мальчик вырос, другие вопросы пошли, не чета детским. Совсем уже взрослые вопросы, если говорить начисто. Вот сегодня пришел из школы, спрашивает:

— Скажи, бабушка, ты вот часто дедушку Марика вспоминаешь?

Тут, конечно, ответила, чего ж не ответить:

— Часто, Левушка, часто. Мы ведь, почитай, полжизни вместе прожили, тридцать с лишним лет были вместе. Часто я его вспоминаю, хотя вот уже давно его нет с нами.

Левушка помолчал, а потом снова спрашивает:

— А как ты думаешь, дедушка Марик стал хорошим мертвым?

— Конечно, хорошим, — ответила Роза Борисовна, — как же иначе? Разумеется, хорошим.

Левушка замялся, чувствуется — хочет еще спросить, но не решается. Роза Борисовна ему улыбнулась, вихор пригладила, посмотрела выжидающе — давай уж, спрашивай, чего там.

— А почему? Почему ты так думаешь? Ведь никто не знает — от чего это зависит: хорошим мертвым человек становится или плохим?

Ну, Роза Борисовна, конечно, стала объяснять про то, каким человеком был Марик, как он любил Сонечку, как ненавидел мертвых, как допоздна работал на секретном заводе, всю жизнь: и здесь, в столице, и в Майбаде, куда они в эвакуацию поехали. Как же такой человек может стать плохим мертвым, посуди сам?

Левушка кивнул, ответил: «Да, в самом деле, конечно, бабушка», — и ушел читать книжку или решать свои задачки, но Роза Борисовна чувствовала: не то она сказала, не то! Будто мало она слышала историй о людях, которые при жизни были ну чисто ангелы, а потом становились злее самых злых мертвяков.