Живые и взрослые

— Ой, — вдруг спохватывается Ника, — вы знаете, что Зиночка мне сказала? Что у Павла Васильевича в пятницу был сердечный приступ, увезли по скорой, он в больнице теперь.

— Пойдем его навестим? — предлагает Гоша, и Лева понимает, что это первые слова, которые тот сказал после появления Аннабель.

— Пока к нему нельзя, — отвечает Ника, — может, в конце недели.

— Как олимпиада-то? — говорит Гоша.

— Да вроде нормально, — говорит Ника.

— Задачи-то покажешь? — спрашивает Лева и как бы между делом добавляет: — Кстати, с праздником тебя!

— Разве это праздник? — Ника пожимает плечами. — Тоже мне, День Живых Женщин, большое дело!

«И в самом деле, — думает Лева, — глупость одна. Пора уже взрослеть, какие тут праздники! У нас — дела поважнее. Белое море, Гошина мама, живые, мертвые, Граница и Заграничье».

Марина знала это стихотворение, и следующее тоже знала, слушала вполуха. Она вообще не слишком любила стихи, тем более — если они каждый год одни и те же, пусть даже и про войну, и читает их Павел Васильевич. Марина почти не слушала, думала про будущий поход на Белое море, про то, как улизнуть от ДэДэ, как найти правильное место, но внезапно Павел Васильевич опустился на стул, грустно посмотрел на присмиревший класс и совсем другим голосом начал читать незнакомые стихи о том, как холодно и высоко гудят рельсы, как спасаются беженцы, как идет война и проходит молодость, — и почему-то эти стихи Марина слушала внимательно.

Через три дня его увезла скорая, четыре недели он лежал в реанимации — и только сейчас к нему стали пускать посетителей. Из всего класса Марина пришла первой — и вот теперь стоит в дверях, смотрит: исхудавший, морщинистый, совсем седой. Голова утопает в подушке, руки лежат совсем неподвижно. Какие-то прозрачные трубочки, одинокое яблоко на больничной тумбочке.

— Здравствуйте, — говорит Марина.

Павел Васильевич слабо улыбается в ответ:

— А, Мариночка… проходи, проходи.

Голос совсем тихий, Марина подвигает стул, садится у изголовья.

— Как вы себя чувствуете, Павел Васильевич?

— У меня все хорошо, — слабо говорит он, — все хорошо. Ты лучше расскажи — как там в школе?

И Марина начинает рассказывать: Ника взяла третье место на городской олимпиаде, Зиночка говорит, что ей надо готовиться на матмех, Рыба, то есть Валентина Владимировна, каждый день стала проверять у входа в школу сменную обувь и Гошу два раза уже не допустила до уроков, грозится теперь поставить в году «неуд» по поведению, а еще все собираются на Белое море, то есть Гоша, Лева, Ника и она, Марина, ну, на самом деле мы ДэДэ терпеть не можем, но просто нам надо на Белое море, потому что — вы ведь никому не расскажете? — потому что у нас там важное дело.