Играть, чтобы жить

Тот настолько перепуган, что даже не пытается умереть как воин, лишь смотрит с обреченной ненавистью и шепчет скороговоркой молитву своему богу, прижимая ко рту ритуальную черную коробочку.

Трусу не дали легкой смерти. Магия «Гнилой Плоти» — штука болезненная, особенно для искалеченного мира, практически лишенного регенерации. Диво дивное — простая царапина не зажила на пленнике даже к заходу Светила. Страдали и сами гнолы: погибшие не воскресали, а израненный лидер двое суток восстанавливал вырванные из тела комки плоти.

Затем прилетела первая Пчела. Прищурившийся шаман долго глядел на нее, а после обеспокоенно покачал головой: тварь оказалась наделена даром Теплого Глаза. Последовательно наложенные «Слепота», «Тяжесть Век», «Усталые Руки» не нанесли соглядатаю видимого урона. А вот тривиальная «Заморозка» моментально успокоила ревущего монстра и сковырнула его с небес на землю.

На следующий день прилетела еще пара, погибшая уже более затейливо. Проплешины от кислоты и пятна застывшего металла до сих пор можно разыскать в лесу."

"А еще через половину луны с неба пришла смерть. Налетевший Пчелиный Рой порождал сотни воинов, кольцо вокруг Холма сжималось. Клану вновь предстояло бегство. Энергии для портала не было, прорываться пришлось по старинке.

Честного боя не получилось — воинов засекали за сотни шагов, десятки всевидящих глаз крутились в небе и Великой Пустоте, безошибочно наводя ущербных хуманов на боевую стаю клана. Затем приходили грохот, огонь и горячая сталь, оставляя на грязном снегу трепыхающиеся в агонии тела.

И когда даже самый тупой хвост осознал, что в этом искалеченном лесу полягут все, включился инстинкт сохранения Рода. Поредевшие воины клином рванулись на прорыв, щедро разменивая дистанцию на жизни. Едва ли десяток полных лап добрался до первой линии противника, но уж там, в ближнем бою, они провыли настоящую Песнь Клыков!

Кольцо прорвали, кишки пятнистых украсили белые деревья, остатки воинов разделились на две группы — атакуя фланги и расширяя горловину прорыва. Смерть и огонь валились с неба, вставала на дыбы земля, злой металл рвал совершенные тела. Ыр бился не хуже других, не прятался за спинами, но почему-то именно ему было суждено остаться последним…

И вот сейчас он сам превратился в дичь, уводя разъяренных преследователей за собой. А где-то далеко за спиной, под «Пологом Холода» и «Живого Тумана», уходило в спасительную глубину леса репродуктивное ядро клана: гвардейцы, шаманы, Король и два десятка элитных самок…

Силы рейда просачивались сквозь портал и выстраивались в настороженное оборонительное кольцо. Мерзко воняло серой, хлопья сажи густо валились с багрового неба, с десяток вулканов подсвечивали горизонт.