Играть, чтобы жить

Благодарно кивнув на массовый поток лечилок, я встряхнулся, прогоняя из тела память травм, и заторопился к воинам «Дома Ночи», столпившимся вокруг коленопреклоннной княгини.

Дорогу преградила безмолвная медсестричка из «Ветеранов». Кивком указала на залитый кровью бок, затем одним движением распустила толстую косу, извлекая из неё длинную ленту белого шёлка.

Я улыбнулся максимально ласково и осторожно отодвинул в сторону хрупкую девушку.

– Не сейчас, красавица. Погоди минутку, потом перебинтуешь.

Кренясь, словно линкор, получивший торпеду в правую скулу, я наконец-то добрался до плотной группы дроу. Бесцеремонно растолкав эльфов, я увидел распростёртое на полу тело князя «Дома Ночи». Так вот кому Ллос приказала умереть…

Десятки глаз смотрели на меня с тоской и надеждой. Руки воинов грели гарды малых фамильных «Жнецов». Не выполнившие свой долг бойцы готовились уйти к предкам. Гвардеец «Личной Сотни» не может надолго пережить своего князя. И тут даже не в клятве дело… Честь, выкрученная до максимума программистами и возведённая в абсолют верой самих бойцов.

– Помоги… – прохрипела Руата, вцепившись скрюченными пальцами в воздух. – Ему нельзя умирать! Паучиха положила глаз на сильную душу и привязала её к своим Чертогам!

Руки княгини дрожали от напряжения, ногти с хрустом выворачивало из тонких пальцев. Кровь текла по предплечьям, разукрашивая влажными полосами нежную замшу артефактного доспеха.

Вокруг беспомощно суетились маги Дома. Сидел посреди сложной пентаграммы выложившийся по полной ритуалист. Отпаивали дорогими фиалами наёмного некроманта. Пол был усыпан пустыми склянками от фиалов и сломанными печатями свитков.

Все доступные варианты воскрешения не сработали, да ещё и одарили кастеров персональной оплеухой от Ллос. Наложенная на душу князя Метка Принадлежности умело огрызалась и успешно отбивала атаки на собственность хозяйки.

Я непонимающе склонил голову, морща лоб и с усилием всматриваясь в невидимое. Глаза взорвались болью, алые слёзы потекли по щекам. Реальность грубо форматировала часть колбочек сетчатки, расширяя спектр восприятия до уровня астральных материй.

Яркость мира чуть просела – всё имеет свою цену, а вот окружающее пространство наполнилось жизнью. Сонмы нематериальных сущностей суетились вокруг нас.

Мельтешили Духи, приманенные камланьем шаманов.

Кипели праведным гневом Стихии, удерживаемые на коротком поводке призвавшими их магами.

Бились в клетках мёртвой плоти порабощённые некромантами Души.

Могущественные Эгрегоры пожирали водопады разноцветных эмоций – от чёрной ненависти до слепящей боли.

Седоволосые духи предков следили за славными делами своих потомков.