Корона жигана

 — Петя Кроха безвольно опустился на грубый табурет, тонко скрипнувший. Жалостливо получилось.

— Зато ты мне понадобился. Ты, конечно, сука порядочная, и место тебе… как и бабке твоей, в земле, — чуть повел Кирьян пистолетом, — но я дам вам шанс упокоиться от старости. Да и не так уж много осталось.

— Чего тебе от меня надо?

— Самую малость, — на лице Кирьяна промелькнула какая-то странная улыбка, — я знаю, что ты дружен… Ну, скажем, с Хрящом… Ладно, ладно, не отпирайся. Что-то вас там связывает, очень серьезное. Да и в пивной тебя с ним видели. Маскарад у него был хорош, только ты ему скажи, что он меня не убедил. Так вот, организуй мне встречу с ним.

Уркаган задумался. — Что же ты молчишь? — спустя минуту угрожающе спросил Кирьян.

— Потолковать, значит, хочешь? — наконец произнес Петя Кроха. — Так о чем перетирать станешь?

— Только ведь он спросит у меня, что за дела-то. Чем крыть?

Кирьян ненадолго замолчал.

— Скажешь так… о Дарье.

— А если он не придет?

Глаза Кирьяна зло сощурились:

— А ты убеди, «кружева поплети». Но прийти он должен, если ты, конечно, жизнью своей дорожишь, да и старушки твоей тоже. Она ведь пока у нас побудет. Для верности. А потом я тебе ее верну…

— Ты меня на характер-то не бери, я всяких видал. Да и жизнь мне уже не в радость. А Лукерью, верно, жалко… По старой дружбе советую, не цеплял бы девку, у Дарьи своя жизнь. Да и не по-воровски это…

— О чем ты?! Я за Дарью мазу держу.

Уркач, покосившись на старушку, глубоко вздохнул. Пламя лампадки колыхнулось, и пробежала по стенам тень.

— Я тебя понял. Попробую, — безрадостно произнес Петя Кроха — Только смотри, если Лукерью обидишь — я тебя везде найду…

— Эй, ребята! — крикнул Кирьян, повернувшись к двери. В проеме тут же показались две молчаливые громоздкие фигуры. — Забирайте старушку, — распорядился Кирьян, — отвезите ее куда договаривались. Да поосторожней с ней, — добавил он, заметив, как дернулось лицо Пети Крохи.

Громилы легко подняли старушку и вышли.

— Ладно, бывай… — сказал Кирьян, поигрывая наганом, минуту спустя. Он шагнул к двери, безбоязненно подставив Пете спину. — Передай этому самому Хрящу, что я встречусь с ним в кабаке «Маркиз», в Столешниковом…

Сообщи мне, через Сявку, когда…

Камеры временного содержания находились на Солянке в глухом огромном подвале. Еще недавно здесь проживала небольшая колония бродяг. Но несколько месяцев назад из глубин подвала повытаскивали мусор, длинный коридор перегородили металлическими решетками, к каждой из которых приставили по часовому. У входа в подвал приладили милицейскую будку и поставили при ней караул из четырех человек.

Камеры заработали на полную мощность, автомобили подъезжали сюда круглосуточно.