Корона жигана

— Отнесите их, пожалуйста, ко мне в гримерную, — попросила Нина.

— Вы пускаете меня в свою гримерную?! Боже мой, какой же сегодня праздник! — ликовал везунчик, едва не теряя сознание от привалившего счастья.

— Никуда не спрячешься от этих поклонников, — то ли похвалилась, то ли пожаловалась Нина.

— Понимаю, они вас очень раздражают… Все-таки у вас своя собственная жизнь, а тут… Но я ведь тоже ваш поклонник, — парень краснел все сильнее.

— Ну, вы совсем другое дело, — легкая девичья ладонь упокоилась на его руке. — Вы же не приставучий… Как некоторые. Давайте сюда ваши цветы. Вы даже представить себе не можете, как я люблю розы. Особенно этот цвет, ярко-красный. Это ведь цвет крови и любви, правда? — заглянула Нина в глаза вконец оробевшему юноше.

— Да-а, — смущенно протянул парень. — Вблизи вы еще прекраснее, чем на сцене.

Страусиные перья шляпы слегка касались лба юноши, но он как будто не замечал их щекотания.

Комплимент прозвучал скромно, но полыхающие глаза говорили о большем: «Вы так изысканно, мадам, одеты, что мне хочется вас раздеть». Все эти мальчики — бездна страсти, стоит их лишь только слегка расшевелить.

— Вы преувеличиваете. Вот встретите какую-нибудь девушку и позабудете меня навсегда.

— Вас?! Никогда! — подался вперед юноша.

— Осторожно, а то вы расцарапаете свое лицо об эти острые шипы, — искренне предупредила Нина.

— Я могу надеяться? — юноша сжал в ладонях ее руку.

Пожатие получилось крепким. Осторожно вытянув ладонь, она слегка коснулась кончика его носа и произнесла с легкой укоризной:

— Как вы нетерпеливы. — Нина чуть тряхнула головой — перья на шляпе пришли в волнительное движение, обдав мальчика приятным дуновением. Нина направилась в свою гримерную. У самой двери приостановилась и проговорила с улыбкой: — Всему свой черед!

Гримерная была заставлена цветами, и их приторно-сладковатый запах щекотал ноздри. На столе перед зеркалом стояли огромные орхидеи бледно-розового цвета. Их ей дарил один милый, симпатичный старичок, который ничего не ждал от дружбы с Ниной, разве что обыкновенного участия. Впрочем, однажды он сумел доказать, что лет сорок тому назад был славным молодцом. Когда она уронила в гримерной губную помаду и наклонилась, чтобы поднять ее, старичок вдруг неожиданно проявил невиданную прыть и сумел заглянуть ей под платье. Тогда Нина сделала вид, что не заметила смелой шалости старичка. А уже на следующий день, в искупление греха, он преподнес ей в подарок золотой перстень с сапфиром. Но больше Нина в его присутствии не позволяла себе таких оплошностей.

Нина посмотрелась в зеркало. Под глазами виднеются легкие морщины. Жаль, год назад их еще не было. Но, видно, все-таки она не так уж плоха, если в нее втюрился прыщавый юнец.