Корона жигана

 — Я ведь балерина, если ты помнишь. А в этом заведении очень ценится русская классическая балетная школа. Позже я стала там солисткой.

— Ты была счастлива в Париже? — спросил Игнат Сарычев.

— Что ты имеешь в виду? — подняла брови бывшая солистка «Мулен Руж». — Были ли у меня там поклонники? Этого хватало! Или ты думаешь, что я жила там как монашка… дожидаясь тебя?

Слова Нины неприятно покоробили Игната. Он сделал попытку улыбнуться, но улыбка получилась какой-то кисловатой.

— Я не о том, ты меня неправильно поняла.

— Разве ты не хотел узнать, были ли у меня там любовники? Так вот, я тебе отвечаю: были Целых трое! Один из них — художник с Монмартра, другой — преуспевающий банкир и третий — капитан.

— Не знал, что ты питаешь слабость к военным, — удивился Игнат.

— Ты не так меня понял, в «Мулен Руж» два капитана. Один отвечал за мальчиков, а другой — за девочек. Мной интересовался тот, что следил за мальчиками. Он был не то англичанин, не то шотландец. — Неожиданно ее ладонь оторвалась от стола, кончики пальцев слегка коснулись его руки. Сарычев почувствовал, как по коже пробежал ток, наэлектризовав все его чувства. Нечто подобное он испытал несколько лет назад, едва встретившись с Ниной взглядом. — Знаешь, он был очень похож на тебя.

— Мне приятно это слышать, значит, ты верна своим прежним вкусам. А все-таки почему ты вернулась в Россию? Возможно, за границей ты бы сделала отличную карьеру.

— А ты не догадываешься?

— Нет, — негромко произнес Сарычев, вновь ощутив, как по коже волной пробежали мурашки.

— Мне нужно было увидеть тебя. Без тебя и Париж показался мне пустым…

— Кажется, я начинаю немного понимать, — на Сарычева нахлынули воспоминания.

— …А ты сделал из меня своего агента.

— Но мы будем с тобой вместе.

Нина лишь махнула рукой.

— Рассказывай сказки! Ты такой же ненормальный, как и мой второй любовник — художник…

— Вижу, ты не можешь его забыть…

— Бог с ним! А теперь давай поговорим о главном… Два дня назад сюда заходил тот самый человек, которого ты ищешь. Он сидел вон за тем столиком, — показала Нина глазами на круглый дубовый стол в конце зала. — С ним была девушка, очень молодая. Они выпили бутылку шампанского и уехали. — Нина вытащила из сумки фотографию и подвинула ее Сарычеву. — Можешь забрать обратно, я хорошо запомнила этого человека.

— Может быть, часа полтора… Максимум два. Хочу сказать тебе, что он преподнес мне букет алых роз. Они до сих пор стоят у меня.

— Ты не заметила ничего странного в его поведении?

— Не знаю, что ты имеешь в виду под странностями, — пожала плечами Нина, — но когда он сидел тут, в зал вошел очень серьезный человек… в кожаной куртке и с пистолетом на боку… В такой одежде любят ходить чекисты.