Корона жигана

Обернувшись, он увидел, что улица, еще пять минут назад пустая, вмиг заполнилась вооруженными людьми, которые беспорядочно палили вслед удаляющейся пролетке. Совсем рядом, будто бы догоняя друг друга, просвистели две пули и со злорадным щелканьем брызнула крошка каменной стены.

Извозчик, встав во весь рост, погонял лошадок. С его головы спорхнула сбитая пулей фуражка, еще мгновение, и пролетка, накренившись набок, завернула за угол и скрылась в переулке. Сзади продолжали раздаваться крики, не переставала грохотать стрельба. Но это было уже неопасно.

— Ну ты, Дашка, молодец! Ну ты, Дашка, даешь! — не переставал восторгаться Кирьян. — Ну удивила ты меня, девка!

Миновали Лубянку, промчались по Мясницкой, свернули в Кривоколенный переулок и затерялись в лабиринте переулков.

— Степан, уж не ты ли это?! — ликовал Кирьян.

— А то кто же! — обернулся Степан, яростно постегивая коней.

— А стрельбу ты устроил?

— Жиганы с Хитровки!

Огромная черная борода заметно сбилась в сторону, отчего Степан походил на ряженого.

— Кажись, оторвались, — удовлетворенно протянул он и, жалея лошадок, перешел на шаг.

Кони, благодарно всхрапнув, закивали огромными головами и, роняя пену, поубавили прыти.

— Сейчас на Хитровку нельзя, — рассудил Степан. — Наверняка там сегодня чекисты объявятся. Я тут место одно приметил, можно недельку отсидеться, а потом…

Кирьян неожиданно расхохотался:

— Шутить изволишь?! Ты думаешь, я неделю отдыхать буду? Ну уж нет! Теперь большевики у меня попляшут. А за хату спасибо… Вези! Только чтобы в ней никого не было! — крепко тиснул Кирьян улыбающуюся Дарью.

Степан сорвал ставшую ненужной бороду и заулыбался широко:

— Что ж я, не понимаю, что ли?

Глава 8. Господа, я рад нашему знакомству

С минуту Игнат Сарычев молчал, машинально продолжая сжимать трубку. А потом осторожно положил ее на рычаг. Телефонный аппарат звякнул, возвращая его к действительности, и он уныло посмотрел на сотрудников.

— Звонил товарищ Дзержинский и выразил свое неудовольствие нашими действиями. Я думаю, не надо объяснять, что это должно значить… для каждого из нас. Кто отвечал за этапирование Курахина на Лубянку? — строго спросил Сарычев, задержав взгляд на Кравчуке.

— Товарищ Воронцов, — безрадостно протянул заместитель.

За несколько дней, что он успел пообщаться с новым начальником, Кравчук понял, что характер у того твердый, если не сказать жесткий. Людям подобного типа нравится беспрекословное подчинение. Самое разумное, так это поддакивать всем начинаниям начальника.

Уже на второй день вступления в должность Сарычев провел значительную кадровую чистку и на место убывших сотрудников вызвал из Питера собственную команду, которая щеголяла тельняшками и матросскими клешами.