Жестокий роман (СИ)

Разве не ясно? Я не первая и не последняя, кто потерял под ним сознание. Здесь повсюду куча презервативов. И резина никак не мешает его эрекции. Вообще, ничего ему не мешает. Бросается и долбит. Насыщает, утоляет похоть.

Монстр. Чудовище. Робот.

А я… я же никогда такого не испытывала. Чтоб совсем улететь. По-настоящему. Без красивых метафор. Чтоб оргазм вышиб разум как разряд свинца в затылок.

— Я тебя на славу покрыл, — говорит Марат. — Но это только начало.

— Начало? — глаза округляются до боли.

Он смеется. Искренне забавляется моим шоком. Толкает на бок, прижимается сзади. Гигантский член твердеет, вжимаясь ниже поясницы. Невольно содрогаюсь.

— Хватит, — резкий приказ. — Будешь дергаться — выдеру в задницу.

— Но я…

— Так соблазнительно извиваешься.

Стискивает в удушающих объятьях, чуть не до хруста костей. Вдавливает в свое обжигающе горячее крепкое тело.

— Что ты собираешь делать? — спрашиваю тихо.

— Спать, — обезоруживающий ответ.

— Что? — выдаю пораженно.

Зарывается лицом в мою макушку.

Больше ничего не отвечает.

Тишина.

— Ты правда собираешь спать… вот так? — не удерживаюсь от вопроса.

— Как? — интересуется вкрадчиво.

Сжимая меня. Сминая. Стискивая. Вжимая полу возбужденный член между ягодицами. Не позволяя свободно вздохнуть.

— Так, — роняю коротко.

Совершаю слабую попытку освободиться. Зря. Хватка усугубляется. Еще и громадный орган оживает с новой силой. Пульсирует, утыкаясь в наиболее уязвимое место.

— Сама на хрен запрыгиваешь, — насмешливо бросает Марат.

— Я просто не могу спать, — отвечаю сдавленно. — В этой позе.

— Значит, не спи, — заключает невозмутимо.

— Я…

— Еще слово — и я тебе всажу, — обрывает холодно.

Замолкаю.

Тогда точно будет не до сна. Уверена, он способен оттрахать меня так, что встать не смогу, ноги не сдвину, проведу в постели месяц, не меньше.

Лучше не лезть на рожон.

Почему-то сразу отпадает охота спорить, и не тянет даже лишний раз шевелиться. Достаточно этого многообещающего тона. Другие доказательства не нужны.

Я точно не сомкну глаз в подобных условиях. Но лучше его не злить.

Желание господина — закон для рабыни.

Заткнись. Подчиняйся. Все просто. Ты же умная девочка. Иначе зачем занималась диссертацией?

Я покорно пребываю в заданном положении. Вещь. Уже даже не животное. Игрушка. Кукла. Подстилка. Я и правда грею его здоровенный член. Послушно. С душой.

И слезы не стекают по щекам. И ком не забивается в горле. И запах секса не дурманит шальную голову.

Ну как так?! Что за безумие. Я хочу его. И ненавижу. До одури. Я бы убила его. Если бы могла. Голыми руками.

Тогда почему настолько близок мне его аромат? Колкий. Пронзающий насквозь. Ранящий. Почему так приятно и так спокойно в этих до ужаса сильных руках?

Я засыпаю. Практически сразу. Мирно.