Жестокий роман. После (СИ)

Долгожданный сын. Ради такого стоит сражаться дальше.

— Босс, информация по семье Кортес загружена в закрытое облачное хранилище, — сообщает один из моих помощников. — Файлы будут обновляться по мере поступления новых данных.

Я слышал про семью Кортес. Местная легенда. Мощный криминальный клан, который был полностью уничтожен в период очередных разборок. Вырезали всех. Даже детей. Такие ходили слухи.

Мне хватает пары минут, чтобы понять, Вика и здесь ничего не стала скрывать. Каждое слово подтверждается. В деле напрямую участвовали “федералы”. Детей включили в программу по защите свидетелей. Материалы засекречены. Нет упоминания об их поле, возрасте. Нет никаких фотографий. Известно только, что детей двое. Также есть информация о том, что их отдали в разные семьи, но с учетом того, как работает вся система, такое уточнение вполне может оказаться ложным.

“Федералы” просто путают следы. Если кто-то получит доступ к базе, то продолжит искать детей в разных семьях, а не в одной.

Мобильный вибрирует. На экране высвечивается номер одного из моих старых американских приятелей.

Я уже знаю, что он скажет.

— Сбросил тебе на почту медицинскую карту. Но если коротко, то все подтверждается. Диагноз. Назначения. Еще пробил университет. По ходу тот психолог там до сих пор работает. Копать дальше?

— Да. Только тихо. Выясни, с кем он связан.

Завершаю вызов и проверяю почту.

Строки мелькают перед глазами. Факт за фактом. Абсолютно сухая информация. Четко. По сути.

Сука. Ебать.

Смотрю на экран и сам не понимаю, как удается сдержаться и не заехать туда кулаком, не расколотить все в этом блядском кабинете к чертям.

Резко поднимаюсь. Выхожу из кабинета.

Нужно выплеснуть ярость. Сейчас. Срочно.

Кулаки сжимаются так, что костяшки похрустывают. Челюсти стиснуты до зубового скрежета. Кровь бьет в голову. Врезает по вискам.

Зверь внутри меня оживает. Его когти царапают прутья клетки. Клыки жаждут вонзиться в чужую плоть. Рвать. Разгрызать на куски. Живьем жрать.

Гнев слепит. Перед глазами багровая пелена.

Нужно выпустить злобу на волю.

Такое и раньше бывало. На войне. В периоды клановых разборок. На ринге в тюряге. После выхода на свободу это стало происходить чаще.

Но так сильно еще не накрывало. Не вело. Не накатывало."

"Я планировал дизайн этого особняка, пока торчал за решеткой. Здесь учтено все самое важное. Правда толком я мало что успел осмотреть.

Настает время испытать тренировочную комнату.

Там все на мой вкус. Оружие. Цепи. Боксерские груши. Перекладины и брусья. Гири. Гантели. Целый арсенал для убойной тренировки.

Помещение занимает целое крыло на третьем этаже. Там отличная звукоизоляция. Это удобно. Если решу кого-то забить до смерти, никто даже не услышит.

Оскаливаюсь и толкаю дверь. Прохожу вперед.