Жестокий роман. После (СИ)

— Его нужно нейтрализовать, — заявил он. — Если вы не готовы пойти на убийство, то я согласен рассмотреть другие варианты.

Самый безумный разговор в моей жизни.

Лед трещал под моими ногами.

— Смерть слишком просто, — нервный смешок вырвался из горла. — Например, смерть его отца не принесла мне никакого облегчения. Когда я узнала, что этот ублюдок сдох, не почувствовала ничего нет. Хотя… лгу. Я пожалела о том, как быстро все случилось. Сердечный приступ.

Тут ничего не пришлось играть. Почти. Большая часть была правдой. Смерть Ахметова-старшего убрала много ограничений. Но суть не поменялась.

Разве могла его гибель излечить меня? Мою душу? Разум? Тело? Его гибель не стерла мою память. На мне осталось клеймо. Не только на коже, а гораздо глубже.

— Тогда что стоило с ним сделать? — спросил Хаген. — Какое наказание могло бы идеально подойти для Ахметова?

— Тюрьма, — выплюнула я. — Пусть бы гнил в четырех стенах.

В этот момент перед глазами стоял Ахметов-старший, каким я его помнила. О Марате я даже не думала. Но Хаген заключил:

— Отличная идея, именно так вам и стоит поступить.

Этого психа тоже не мешало бы отправить за решетку. До конца дней.

— Я помогу вам освободиться, Виктория, — продолжил Хаген так, будто его и правда волновала моя судьба. — Вам даже делать ничего не придется. Вы просто дадите показания, когда придет время.

32

Я понимала, что дам любые показания, лишь бы этот больной урод держался подальше от моей матери.

Сначала я волновалась, что Марат может почувствовать мое состояние, заметит напряжение, которое сковывает меня изнутри, ощутит тревогу. Но он был слишком занят развитием и продвижением своей новой империи."

"Конечно, я постаралась отыграть безразличие в разговоре с Хагеном. Однако не существовало никаких гарантий. Если этот гад захочет ударить, то ничего ему не помешает.

Его слова не давали покоя несколько дней.

“Вам даже делать ничего не придется. Вы просто дадите показания, когда придет время”.

Это тяжелыми ударами отбивалось в голове.

А потом я все поняла.

— Специальный агент Андерсон, — представился мужчина, показывая мне пропуск федерального бюро расследований. — Могу я пройти?

— Конечно, — кивнула и отошла в сторону от двери, пропуская его в коридор.

Он шагнул в дом.

— Я должен задать несколько вопросов, — продолжил агент. — Это касается вашего мужа. Марат, верно?

Господи. Только расследования сейчас не хватало.

Куда Марат успел влезть? Я имела довольно смутное представление о его делах. Не хотела знать правду до конца, хотя отлично осознавала, что большинство проектов моего мужа идут абсолютно противозаконны.

— Я не интересуюсь его бизнесом.

Чистая правда.

Агент повернулся и посмотрел мне в глаза. От этого короткого взгляда меня будто током прошибло.