Жестокий принц

Чувствую, как напрягается Кардан, – этого идиота задевает, что его назвали простаком, но не беспокоит чья-то безопасность, даже собственная. Тяну его за руку.

– Мы сделаем как скажете, – заверяю я рыцаря и пытаюсь увести Кардана прежде, чем он сделает такое, о чем мы оба пожалеем.

Принц, однако, не двигается с места.

– Вы очень сильно ошибаетесь насчет нас.

Заткнись. Заткнись. Заткнись.

– Верховный Король Балекин – друг Двора моей госпожи, – сладкоречиво заявляет он из-под серебряной лисьей маски. На губах – непринужденная полуулыбка. Говорит как представитель знати: растягивает слова, держит себя раскованно, словно ему принадлежит все вокруг. Даже пьяный, он очень убедителен. – Вы, возможно, слышали о королеве Глитене с северо-запада. Балекин направил ей послание о пропавшем принце и ждет ответа.

– Не думаю, что у вас найдутся доказательства в подтверждение ваших слов, – говорит один из рыцарей.

– Конечно, найдутся. – Кардан протягивает руку, сжатую в кулак, раскрывает ладонь, и на ней оказывается королевское кольцо, мерцающее в свете факелов. Не знаю, когда он снял его с пальца, и понятия не имею, каким образом он, пьяный, продемонстрировал такую ловкость рук. – Мне дали эту вещь как пароль, чтобы вы смогли узнать меня.

При виде кольца они отступают.

С несносной, приторно-сладкой улыбкой Кардан хватает меня за руку и тащит мимо них. Стискиваю зубы и подчиняюсь. Мы на лестнице – благодаря ему.

– Что насчет смертной? – окликает один из стражников. Кардан оборачивается.

– Ах да, вы не совсем ошиблись во мне. Намерен урвать кое-что из наслаждений сегодняшнего праздника для себя, – объясняет он, и все они прыскают от смеха."

"С трудом сдерживаюсь, чтобы не сбросить шутника со ступенек, но спорить бессмысленно, за словом он в карман не лезет. Согласно причудливым правилам, которым подчиняется язык фейри, все сказанное им достаточно правдиво – если иметь в виду только слова. Балекин – друг Мадока, а я – часть двора Мадока, если слегка покривить душой. Значит, я – «госпожа». А рыцари, конечно же, слышали о королеве Глитене – особа достаточно известная. Я уверена, что и Балекин ждет известий о пропавшем принце. Для него это вопрос первостепенной важности. И никто не спорит, что кольцо Кардана служит для того, чтобы его узнавали.

А что касается «урвать для себя», то это может быть что угодно.

Кардан хитер, но он отнюдь не умен. Его хитрость немного напоминает мою собственную предрасположенность к вранью, и это слегка успокаивает. Как бы там ни было, мы свободны. За нашими спинами продолжается оргия, знаменующая появление нового Верховного Короля: визги, вопли, звуки застолья, бесконечная круговерть танцев.