Жестокий 3. Искупление

Глухую, по-детски дурацкую радость, что он всё же пришёл, или раздражение от того, что припёрся, несмотря на нашу договорённость.

– Я забыл отдать тебе запасные ключи, – бессовестно врёт, надев на лицо свою привычную улыбку.

– Ну так давай, – протягиваю ладонь, а он, взяв её в свою целует внутреннюю сторону.

– Ты очень красивая, знаешь об этом? – в его глазах вспыхивает искра возбуждения, когда они опускаются на моё декольте. Я в домашней рубашке, расстёгнутой полностью и майке для кормления. Чувствую, как от его взгляда начинает поднывать грудь."

"– Ключи, Уэйн, – требую серьёзно, а он, оттянув чашечку майки, освобождает один сосок. Из него, как назло, сочится капелька молока, которую бессовестный маньячила тут же слизывает своим языком. А затем врезается в мой рот грубым, слегка болезненным поцелуем.

– Ты вкусная, знаешь? – отрывается, тяжело и шумно дыша, и эрекция, вжимающаяся мне в живот, говорит о его состоянии не хуже.

– Уэйн, ключи, – на последнем слоге мой голос предательски ломается, а в следующую секунду Диас подхватывает меня на руки, заставляя обвить его талию ногами и куда-то несёт.

Спотыкаемся обо что-то, падаем на диван, где он тут же наваливается сверху. Мои домашние шорты летят куда-то в сторону вместе с трусами, а любимая майка трещит по швам.

Звук расстёгиваемой ширинки на его брюках, и мне приходится голодно елозить под ним задом, пока Уэйн надевает презерватив.

– Красивая и вкусная, – рычит мне в губы, толкаясь сразу на всю глубину, отчего меня изгибает и подбрасывает на диване. Заглушаю собственный стон ладонью, чтобы не разбудить Даньку, но Диас отбрасывает мою руку. – Хочу слышать тебя.

Приходится себя контролировать. Но получается хреново. Пока он втрахивает меня в диван, пытаюсь думать о чём угодно, только не о том, что меня сейчас пялит здоровенный мужик в татуировках. Да так сладко пялит, что хоть кричи.

Кусаю губы, оставляя на них кровавые отметины и точно такие же дарю ему, полосуя ногтями плечи, обтянутые чёрной футболкой. Он приостанавливается, сдирает её с себя, швыряет на пол. И снова толчок, ещё один, ещё… Целая серия сильных, почти яростных движений, от которых мутнеет рассудок и горло превращается в засушенную пустыню, полную песка и жара.

Он, вспотевший, как жеребец, входящий в меня с бешеной скоростью, и я… распластанная под сильным туловищем, не имеющая возможности прекратить эту скачку.

Успеваю схватить воздуха, когда он неожиданно останавливается и, выйдя из меня, берёт за руку. Помогает встать с дивана, давит на плечо, недвусмысленно давая понять, какое именно продолжение видит в своих мыслях. И я, уловив это желание, опускаюсь перед ним на колени.