Жестокий 3. Искупление

Мы не могли бы подняться на палубу?

Он дышит шумно через ноздри, отчего те ежесекундно раздуваются, словно у разъярённого быка, и я понимаю, что Диас заведён. Мне кажется, что он сейчас снова бросится на меня и я не смогу ему помешать. Изнасилует прямо в воде, а я даже шевельнуться не смогу из-за сковавшего тело ужаса.

И в то же время мне хочется этого… да, я знаю. Я окончательно выжила из ума. Но мне хочется снова ощутить на себе его руки. Они такие сильные, такие мощные, с этими толстыми венами и жилами, змеящимися под кожей.

Мокро. У меня мокро в трусах и это не вода.

– Да, иди сюда, – он уже спокойнее притягивает меня к себе и утаскивает к лестнице яхты, уже ожидающей нас. Странно, но когда мы поднимаемся на палубу, я не обнаруживаю здесь ни единой живой души. Вся прислуга и охрана будто испарились.

– А где все? – задаю глупый вопрос.

– Они ушли, чтобы не мешать нам. Всё нормально, Сандра, ты можешь не бояться меня. Я могу держать себя в руках, хотя с тобой делать это трудно, – Уэйн подаёт меня большое, мягкое полотенце, сам накидывает на бёдра другое. И вроде как даже уже спокоен, но его огромная эрекция говорит о том, что он-таки не врёт. Странно опять. Неужели такому мужику некого трахнуть? Или это я настолько его возбуждаю? Что ж, льстит.

– Всё хорошо, Сандра? – он приподнимает моё лицо за подбородок, а второй рукой сдавливает шею сзади. Какая-то немыслимая забота на грубости и контроле. Да, этими прикосновениями, такими уверенными и властными, он проявляет заботу. Что же за человек такой? Как мне его разгадать?

– Ты не отстанешь, да? – заглядываю в просветлевшие глаза. В них уже нет грозовой синевы, лишь насмешка и любопытство. Уэйну нравится за мной наблюдать. Как за своей игрушкой. Как за забавным домашним питомцем. Изучает, пробует на вкус мои эмоции. Именно поэтому я чувствую себя сейчас высосанной досуха. Не осталось во мне сил.

– Нет.

– Почему?

– Хочу тебя.

– А если я не хочу?

– Захочешь.

Вот и всё. Разговор закончен. Как обычно у таких вот хозяев.

– А если я стану сопротивляться?

– Не станешь. Ты уже моя. Просто пока этого не знаешь.

– Уже знаю. Я могу уехать к сыну? Сейчас? – в промежности огнём горит от неудовлетворения. И мне кажется, что он это чувствует. Бред, конечно. Хотя…"

"– Ты так хочешь уехать? – его взгляд меняется, становится нечитаемым. А руки всё так же касаются моей кожи. Поглаживают, но как-то напряжённо. Всё-таки желает меня поиметь. И сильно.

– Да.

– Я тебя снова испугал? – склоняется, приближает своё лицо к моему. Я чувствую его дыхание, такое горячее, опаляющее. Запах его тела ещё вкуснее, чем запах парфюма. И мне опять чудится, что я его уже ощущала когда-то.

– Немного. А ещё, ты меня намочил. Не представляю теперь, как доберусь до дома, – тут я уже выпендриваюсь. Представляю.