Жестокие игры мажора (СИ)

Багиров поднимает дикий взгляд грозовых глаз и идет на меня.

Сердце екает под ребрами.

Моя грудь судорожно вздымается. Ноги ватные и непослушные, но каким-то чудом мне удается заставить их сдвинуться с места.

Багиров делает шаг вперед. Я – два маленьких шага назад. И так, пока он не оттесняет меня к выходу.

Но уже на пороге он протягивает руку и хватает меня за шею. Я распахиваю рот с глухим аханьем.

Я вся дрожу.

Мое горло двигается под его большой ладонью.

Багиров медленно нависает надо мной, чтобы коснуться моих губ тем самым пальцем и размазать по ним свою… сперму. Снова. Будто ему доставляет извращенное удовольствие пачкать меня собой.

В груди все сжимается, и я перехожу на короткие частые вдохи. Щелкнув по моим губам, Багиров опускает руку и щипает за сосок, вырывая прерывистый писк из моего рта.

А потом он просто берет и мягко выталкивает меня за порог.

— В следующий раз хорошо подумай, прежде чем решишь подразнить.

И захлопывает перед моим лицом дверь.

Глава 22

Зараза.

Мне потребовалось еще десять минут холодного душа, чтобы остыть. Несмотря на то, что я избавился от всей спермы, пульсирующей в яйцах, я чувствую себя максимально неудовлетворенным.

Это раздражает.

Я заслуживаю золотую медаль за выдержку. Черт возьми, это была целая олимпиада. Когда маленькая сучка показала мне свои сиськи… с-су-у-ка. Ее спасло гребаное чудо. Иначе я не знаю, чем объяснить тот факт, что я не разбил долбанную перегородку, не схватил ее за волосы и не поставил перед собой на колени."

"Я проглатываю сдавленный стон, ударяясь лбом о прохладный кафель. От одной этой фантазии во мне пробуждается нечто неудержимое, доминирующее над всеми остальными эмоциями. Я не хочу разбираться, что это. Мне не понравится.

В следующий раз я не буду себя сдерживать. Нахер это рыцарство. Я никогда таким не занимался. До нее.

Еще одно доказательство, насколько плохо эта девчонка влияет на меня.

Но стоит вспомнить, как она смотрела невинными глазами, как учащались ее пульс и дыхание, и как она кусала свои розовые губы, показывая мне сиськи с торчащими сосками, — в венах закипает кровь и жаром устремляется в пах.

Возможно, я тоже влияю на нее не лучшим образом. Однако данный факт приходится мне по вкусу.

Я хочу быть тем, кто испортит эту девчонку, когда я поддамся своим низменным потребностям.

Не более. Вот только при мысли, что после меня к ней прикоснется кто-нибудь еще, мне хочется убить этого ублюдка.

Блядь. Я становлюсь слишком маниакален по отношению к Ведьме.

Что она со мной делает? И какого черта я позволяю ей это?

Разочарованно покачав головой, я выхожу из душа, хватаю полотенце и обматываю вокруг бедер. От грязных фантазий у меня сводит все тело. Никакого облегчения.