Жестокая свадьба

Чего стоило одно то, что Дана действительно принимала легкие транквилизаторы и всерьез намеревалась сделать аборт. Даниял звонил как раз накануне, она только собиралась на УЗИ. Так что слова Оли о двойне были вымыслом, а пол на таком сроке и правда не определяется.

Узнав об этом, Дан молча ушел на кухню, где некоторое время пытался справиться с охватившей его дрожью. И паникой. А если бы она не передумала? А если бы аппарат не показал двойню? Как вообще после всего этого Дана его простила?"

"Пришла Оля, накапала в стакан с водой каких-то остро пахнущих капель, сунула ему в руку и ушла. Он с полчаса не мог в себя прийти, пока лекарство не подействовало. Что бы он делал, если бы Дана не передумала?

Он и сейчас задал себе этот вопрос. Волна стекала вниз пеной, солнце над океаном сияло, впереди виднелся искрящийся край тоннеля. Ответ пришел сам собой. Для него все закончилось бы еще тогда, в первой трубе. Пайплайн не отпустил бы его, и Дан сам был с ним согласен.

Жизнь без любви пуста. Если никогда не любил, тогда не знаешь, как это бывает. Но однажды испытав любовь, не получится жить дальше и притворяться, что ее нет. Теперь Дан знал это наверняка.

Осталось совсем немного, он уже почти вышел из тоннеля, теперь главное не разорвать связь с океаном раньше времени. Дан вылетел из трубы и ему показалось, кто-то совсем рядом облегченно выдохнул.

* * *Данка, сцепив пальцы, напряженно вглядывалась в морскую даль, у нее даже глаза слезились. Серферов было много, но ее взгляд был прикован к одному-единственному. Его бы она узнала при любой плотности народа на лайн-апе.

Сын и дочь тоже изо всех сил болели за отца. Настя, прижав к груди кулачки, громко шептала:

— Папочка, папочка, папочка…

Никитка же в свойственной ему манере хмурил брови и время от времени повторял:

— Наш папа лучший, он обязательно пройдет!

Дану умиляла вера сына в отца, для Никиты Даниял, летающий на серфборде по волнам, ассоциировался с настоящим божеством. Особенно после того, как мальчик сам попробовал встать на волну.

Но Данка видела, как тяжело даются мужу некоторые маневры, как скованны порой его движения, особенно если сравнивать с Джейком, тренером Данияла. А ведь она просмотрела все его старые записи, там Дан был совсем другим, он двигался легко и свободно, и Данке было невыносимо жаль, что им обоим пришлось пройти через все это.

Сейчас она молилась лишь о том, чтобы Даниял успел выйти из трубы — хотя серферы называют это бочкой — прежде, чем волна «закроется». Чтобы волна не «разрушилась» и не «сломалась». Чтобы Дан вернулся на берег, и они все втроем могли его обнять.

Муж успокаивал ее и обещал, что все будет хорошо, а волна — ну что волна, он же не претендует на чемпиона мира.