Седьмая жертва

 – Так где этот шалопай – мой заместитель?

– Через час приедет. А что у вас с сердцем? Что врачи говорят?

– А! – Полковник махнул рукой. – Ничего интересного. Как у любого начальствующего субъекта в моем возрасте. И говорят всем одно и то же: если, мол, хотите сохранить здоровье, перестаньте работать начальником, займитесь чем-нибудь попроще. Да ерунда это все, Стасенька, и говорить об этом не стоит, только воздух сотрясать. Расскажи-ка мне лучше про этого телевизионного урода. Третьего трупа пока нет?

– Слава богу! – Настя оглянулась и тайком перекрестилась.

– Это еще что такое? – вздернул брови Гордеев. – С каких это пор? Ладно, не отвечай, сам все понимаю. Между прочим, недавно поймал себя на том, что перекрестился перед дверью генерала, когда он меня на вздрючку вызывал. Ты Представляешь? Совершенно автоматически перекрестился, не задумываясь, да так легко, будто всю жизнь это делал. Во что гены вытворяют! На Руси тыщу лет крестятся, а они решино из нас за одно поколение безбожников сделать, мичуринцы хреновы. Так что насчет урода?

– Виктор Алексеевич, он действительно урод какой-то.

Наглый до предела. Экспертиза показала, что надпись на плакате и записка насчет денег на похороны выполнены одной рукой. Это раз. Пули, которыми убиты Старостенко и бомж, выпущены из одного и того же ствола. Это два. На «похоронных» деньгах и записке обнаружены следы пальцев, которые принадлежат одному и тому же человеку, но не нашему бездомному покойнику. Это три. Такие же следы обнаружены на керамических рыбках и пластмассовых куколках-пупсиках, оставленных убийцей на местах двух преступлений. Это четыре. Такое впечатление, что он сумасшедший и совершенно не думает об осторожности.

– Ну, насколько я помню то, что мне докладывал в прошлый раз Коротков, вы как раз и ищете сумасшедшего, – заметил Гордеев, – так что удивляться нечего. Псих – он и есть псих. Как идет розыск?

– Идет как-то, – неопределенно ответила Настя. – Ни шатко ни валко. А может, и наоборот, все на ушах стоят по всей стране, вылавливают из населения нашего Горшкова. Только суть от этого не меняется – его пока не нашли. А я каждую минуту жду новый труп с пламенным приветом от уважаемого Александра Петровича. Вчера Ольшанский получил наконец его личное дело и отправил экспертам, чтобы почерк и дактокарту посмотрели.

– Другие версии есть? Или вы в одного своего Горшкова уперлись и ждете у моря погоды?

Настя вздохнула. Других версий не было. Вернее, они были, но какие-то неопределенные. Совершать эти убийства мог и не Горшков вовсе, а любой другой человек, решивший свести счеты со следователем Образцовой или с оперативником Каменской.