Седьмая жертва

Так что пора начинать бояться по-настоящему, следующий удар он может попытаться направить против кого-то из близких Татьяны или против нее самой.

Короче говоря, Ольшанский поставил перед нами задачу найти доказательства по трем направлениям: пальцы, почерк или оружие. Лучше все вместе.

– Ну, насчет пальцев и почерка мне все более или менее понятно. А вот насчет оружия… Известно, где оно хранится?

– В том-то и дело, что нет. Вариантов три кучи: квартира, мастерская, гараж, машина, служебный кабинет, квартира любовницы, ежели таковая имеется, но это еще надо устанавливать. Получить санкцию на обыск невозможно, ни один судья не даст, у нас же против него не то что доказательств, даже ни одной косвенной улики нет, только общие соображения.

– А если сами?.. – тихонько предложил Селуянов. – Мы аккуратненько все сделаем, комар носа не подточит, ты же знаешь.

– И думать забудь! – отрубил Коротков. – Колобок и так в госпитале беснуется, считает, что я без него отдел развалю. Если он, не дай бог, узнает – уроет без суда и следствия. Это же один из его железных принципов – работать так, чтобы никого из нас нельзя было упрекнуть в нарушении закона.

– Так он же не узнает. Кто ему скажет?"

"– Ну прямо-таки, не узнает он. – Юра безнадежно махнул рукой. – Когда это такое было, чтобы Колобок чего-то не узнал. Коль, я нормальный сыщик, если б я не был замом в нашем отделе, я бы первым побежал негласно осматривать апартаменты Шувалова. И мне бы даже в голову не пришло, что если это выплывет наружу, то кишки на кулак наматывать будут начальству, а не мне. И только вот в этом самом жестком кресле, – он выразительно похлопал по подлокотнику крутящегося рабочего кресла с изрядно потрепанной матерчатой обивкой, – я начал понимать, сколько дерьма пришлось скушать Колобку в генеральских кабинетах из-за нашей самодеятельности. Нам-то что, он нас пожурит, даже если и грубо, и мы дальше побежали. И то сказать, каждый отдельно взятый опер получает по шапке только за то, что лично он напортачил, а начальник получает за всех по очереди и сразу. В общем, Коляныч, насчет незаконного проникновения и прочих глупостей ты из головы выбрось. Проявляй оперативную смекалку.

– Ну как скажешь, – безропотно согласился Селуянов. – Смекалку так смекалку.

СЕЛУЯНОВОни с женой потратили на разработку комбинации два дня. Коля продолжал заниматься убитыми наркоманами и еще с доброй полудюжиной преступлений, а Валентина, которая все равно находилась в отпуске, села в машину Селуянова и отправилась определять передвижения Виктора Петровича Шувалова. По утрам он ездил на службу одним и тем же маршрутом, а после работы отправлялся в самые разные места, так что операцию проводить решили утром.