Правила обманутой жены

Если бы Платон в одиннадцать лет умел так рисовать, то, возможно, его жизнь сложилась бы совсем по-другому.

— Ну как? — тихо спросила Надя.

Вытянув шею, она внимательно следила за тем, как Платон листает наброски.

— Слушайте, это поразительно! Я тоже люблю Ведьмака, — искренне восхитился Платон.

Неудивительно, что мальчик так зациклен именно на этом персонаже из книг фэнтези, игр и фильмов. Мутант-одиночка, не похожий на других. Проклятый с детства своим уродством и той силой, которую это уродство принесло.

— Сергей, ты позволишь пару замечаний? — Платон встал, открыл ящик стола, достал оттуда карандаш и листы бумаги.

— Конечно! Буду очень рад, — Сережа подвинулся к нему.

— Только без обид, ладно? — предупредил Платон. — Если критика тебя раздражает, просто скажи и я замолчу.

— Нет-нет! Я правда хочу! — горячо возразил Сережа. — Мне нужно знать правду. И нужно учиться. Понимаю.

— Садись рядом, кое-что покажу, — Платон протянул ему карандаш.

Сережа взял карандаш. Платон положил руку на его пальцы, сжимающие карандаш.

— Да, — кивнул Сережа.

— Отлично! Смотри: линии контура должны быть четче. От их ширины зависит перспектива, потому что они создают тень. А тень в живописи — это всегда впечатление, которое рисунок производит на зрителя.

Серёжа внимательно следил за тем, как его собственные руки под чутким руководством Платона вырисовывают линии. Он даже дыхание задержал. И когда на листе возникло лицо Ведьмака с грозным внимательны взглядом, он не удержался и воскликнул:

— Очень красиво! — восхитилась Надя.

— Видишь, Сергей, как он изменился? У тебя он немного сомневающийся. А у нас с тобой уверенный в себе. А всего-то нужно было закончить пару линий, заштриховать их и сделать тень.

— Жаль, что в жизни так нельзя: заштриховать, чтобы быть уверенной в себе, — тихо произнесла Надя.

Рука Платона замерла. Как просто она это сказала! И сколько тайной боли скрывалось за этой простотой! Удивительно! Как при такой жизни с неандертальцем в ней не погибли тонкость, чуткость, умение ухватить суть. Люди годами учатся тому, что у нее есть от природы. Он представил ее рядом с этим гопником и пальцы задрожали. Даже мерзко думать о том, что этот неандерталец может к ней прикасаться.

— У меня так не получится, — печально констатировал Сережа.

— Еще как получится! — успокоил его Платон. — А знаешь почему Ведьмак стал таким?

— Потому что он воин, — пожал плечами Сережа. — Магия, знания, опыт в бою.

— Нет, Сергей. Он не боялся смотреть в глаза чудовищ. Наши страхи, наши «не хочу» — это чудовища. И если смотреть им прямо в глаза, они отступают.

— Знаю, — тихо сказал Сережа. — Я посмотрел в глаза папе. И он отступил.

Надя выронила керамическую кружку. Раздался звон. Осколки разлетелись во всей кухне.