Женимся! Семья за одну ночь

- Да ну на хрен, - добивает пренебрежительным ругательством.

Скрипнув зубами и стиснув губы до боли, я часто и шумно гоняю воздух по легким, заставляя себя остыть. Не получается!

«Да и пошел ты, выскочка!» - посылаю ему проклятия, а вслух лишь бесстрастно бросаю:

- Завтрак готов, вы Маруську покормите, а я пойду.

Не дожидаясь ответа или барского разрешения, гордо вскидываю подбородок – и мысленно прокладываю наиболее безопасный путь к двери. Делаю рывок в сторону, намереваясь обойти случайного мужа и сбежать, но каким-то образом он вдруг опять оказывается прямо передо мной. Преграждает мне путь к спасительному выходу, и я, не успев замедлиться, со всей силы влетаю в его влажный торс. Уткнувшись носом в горячую кожу, стараюсь не впускать в себя знакомый аромат мужчины. Затаив дыхание, зажмуриваюсь и упираюсь ладонями в пресс.

Чувствую, как Олег хватает меня за плечи и лениво отрывает от себя, как надоевшего, сосущего его бесценную кровь комара. По-прежнему не дышу, но… когда теплые пальцы касаются шеи, я широко распахиваю глаза, открываю рот и невольно заглатываю его запах, пропитанный горьковатой хвоей, свежестью морского геля для душа и, черт возьми, нотками нашей близости.

Высоцкий молча склоняется к моей щеке, будто для поцелуя, но вместо этого едва не душит меня моим же чокером. Смыкает ленту на шее, с трудом восстанавливает сорванную им застежку, неоднозначно цокает языком. Дотрагивается скулой до моего виска, и... я четко слышу, как он вбирает воздух со свистом.

На доли секунды мы оба замираем в такой позе, словно срослись. В момент, когда мне кажется, что Олег начинает что-то вспоминать, он резко разрывает нашу хрупкую связь. Отшатывается и, просканировав меня хмурым, задумчивым взглядом, толкает к столу.

Отпускать он меня не намерен. Точно не сегодня.

- Сидеть, - рявкает в приказном тоне. Как же раздражает! Особенно, когда он важно и самодовольно устраивается напротив, закинув ногу на ногу и играя мышцами. Эксгибиционист недоделанный! Совсем не стесняется щеголять по кухне голым. Впрочем, это его дом. - Так вот ты, значит, какая… жена, - загадочно произносит, кружа по мне взглядом.

На секунду улавливаю огонек на дне его зрачков, сходный с тем, что пылал вчерашним вечером в ресторане, но он сразу гаснет.

- Ненастоящая, - фыркаю незамедлительно.

- С чего это вдруг? – ставит густые брови идеальным домиком. Искренне удивляется моему сопротивлению, словно я должна ему в ноги бросаться, радостно повизгивать и называть «Мой господин». - Самая настоящая. Я, конечно, ни черта не помню, но штамп о браке есть. По паспорту ты моя, - стучит указательным пальцем по обложке с гербом."

"Стоп! А мой документ где? Восстанавливаю в сознании картинки, как Высоцкий прячет оба паспорта в карман пиджака.