Женимся! Семья за одну ночь

Вряд ли решит забрать подарок – это не комильфо, а он помешан на имидже и мнении окружающих. Нарцисс опухший!

Прячу карточки в карман, а после поворачиваюсь к охраннику:

- Женя, записи с камер видеонаблюдения никому не давать, в сеть не сливать, ясно? Если что-нибудь просочится… я добьюсь твоего увольнения, - смело угрожаю и мысленно прошу у него прощения. Ненавижу быть стервой, но ситуация не оставляет мне выбора.

- Так точно, - кивает громила, хотя может прихлопнуть меня одной левой. – Все, что случилось в «Александрии», останется здесь, - важно произносит, и меня вдруг на смех пробирает.

Смахнув испарину со лба и откашлявшись, я озираюсь по сторонам.

- Что-то жарко, - жалуюсь Илье. – Включи кондиционеры.

- На максимуме, - хмыкает недовольно, будто обижен на меня за что-то. – Как твой муж? Жив там еще?

- Эту песню не задушишь, не убьешь, - бубню себе под нос, а сама тревожно оглядываюсь на кабинет управляющего. Закрыт. Значит, врачи еще колдуют над аллергиком.

- Вот вы где! Я вас по всему залу ищу! – доносится поставленный голос регистратора в унисон с цокотом каблуков. – Возьмите ваши паспорта, а после выходных приедете ко мне в ЗАГС за свидетельством. В книгу регистрации я все данные внесла, но в вашем случае возможны некоторые бумажные проволочки. Надеюсь, это не отразится на сумме гонорара."

"- Какое свидетельство? Какой гонорар? Мы что, еще и денег вам должны? – хлопаю ресницами, принимая паспорта. Разворачиваю свой, нахожу свеженький штамп о браке и теряю дар речи, выпучив глаза. Я до последнего надеялась, что это розыгрыш. – Вы что наделали? З-зачем? – заикаюсь от шока.

- Брак оформлен по закону и по обоюдному согласию, свидетелей полный зал, - тараторит в свое оправдание. - Если что, я буду все отрицать, - цедит чуть слышно, а после выкрикивает мне в ухо: - Поздравляю!

Торопливые шаги отдаляются, а я продолжаю гипнотизировать проклятую печать, словно силой мысли пытаюсь стереть ее бесследно. Часто моргаю, но мой приговор не исчезает.

- Наказание за все грехи, - ошеломленно шепчу. - Кто мой паспорт ей отдал?

- Я, - добивает меня друг-официант одним коротким местоимением, от которого хочется плакать.

- Иуда ты, Илья, вот кто, - разочарованно лепечу. - За сотку меня продал.

- Ты сама была не против. Откуда мне знать, что у вас за брачные игры с этим критиком, - взбесившись на ровном месте, он готов взорваться. - Сосались вы очень даже по-настоящему, - грубо хамит и разворачивается, чтобы уйти.

- Илья! – возмущенно бросаю ему вслед.

Что на него нашло? Никогда прежде он не позволял себе подобного. Сегодня все вокруг становятся неадекватными! Полнолуние? Или метеоритный дождь?

Все, что случилось, больше похоже на абсурдный сон.

Прислонившись плечом к колонне, листаю паспорт Высоцкого.