Ребенок от брата жениха

Я не живу в сказке и понимаю, полюбить чужого малыша сможет редкий мужчина. Многие и своих-то не замечают. Но моя дочка — часть меня. И я не смогла бы стать по-настоящему счастливой, если бы она не стала. Смысл такой семьи? Прокормиться я и сама смогу.

Ваня с силой сжимает пальцы на столе. Смотрю на побелевшие подушечки и понимаю, ему тяжело выслушивать такую правду. Но есть еще кое-что, в чем я должна быть откровенна. Признаюсь.

— И я не люблю тебя так сильно, чтобы бороться за нас, — смотрю на него, — скажу больше, у меня к тебе только остатки чувств.

— А к моему брату?!

Быстрый громкий вопрос заставляет вздрогнуть.

— Твой брат непричастен к нашему разрыву, Ваня. У нас с ним своя история, у нас ребенок. Но наши с тобой отношения показали себя сами.

Иван трясет головой, снова пьет. Официантка приносит какие-то закуски, но бывший жених к ним даже не притрагивается. Я начинаю вставать, сказать мне больше нечего.

— На днях я заберу свои вещи из квартиры, — стараюсь говорить спокойно, — ключи потом отправлю через курьерскую службу. Или ты просто можешь поменять замки.

Единственный вариант, не передавать же ключ через Матвея. Ваня поднимает на меня воспаленный взгляд.

— Собираешься жить у Матвея? — усмехается. — На что ты надеешься, Милена? Думаешь, он будет возиться с тобой и с дочкой? Да он продаст этот особняк и опять свалит к чертям. У него никогда не было серьезных отношений, постоянной работы. Сначала он жил в шоколаде за счет отца, потом распоряжался его имуществом после смерти.

Во мне начинает поднимать голову раздражение.

— Да что ты можешь знать о своем брате, Вань? Вы толком не общались.

Ваня шумно выдыхает.

— Ему плевать на других, поэтому мы и не контактировали. Он может покрасоваться перед тобой за счет дочки. Как вариант — затащит в постель. Но когда ты заикнешься о формальном признании, увидишь, на что способны Адмираловы. Вы — это всего лишь эпизод в его жизни, которых еще будет дохрена. Остуди голову, Мила!

Беру бутылку с вином, наливаю бокал до краев. Странно, но даже руки не дрожат. Как и желает бывший, во мне лишь холодная решимость.

— Это ты остынь.

Делаю шаг, выливаю вино Ивану на голову. Золотистая жидкость стекает по светлым волосам. От неожиданности парень делает глубокий вдох, распахивает глаза. Вино попадает во все отверстия, он начинает фыркать. По-моему, самое время оставить его наедине с самим собой в такой неловкий момент. Тем более, дома меня ждут.

Пока иду до такси, чувствую легкость. Не знаю, что ждет меня впереди с Матвеем и Златкой, но эту связь я исчерпала до дна.

В машине набираю номер Адмиралова. В трубке какая-то возня.

— Тише, Златик, это мама звонит… — бурчит телефон мужским голосом. — Мила? Как там? Ты где?

Не сдерживаю широкой улыбки.