Тайная жена

– Ну а я воюю не ветром, а этим клинком! – усмехнулся человек, недавно угрожавший Марине, и легонько чиркнул острием шпаги по шее Агнесс.

Агнесс взвизгнула и кинулась к реке, потому что с трех сторон вокруг все теснее обступали ее белые балахоны. И тот, кто держал Марину, тоже двинулся вперед, подталкивая ее перед собой и так выкручивая ей руки, что она была вынуждена подчиняться и идти, хотя сознание мутилось от боли.

Саймонс воздел руки. То же сделали и остальные, кроме одного, неостановимо гнавшего израненную девушку в воду.

Вот она зашла по колени, потом по пояс, по грудь – он не отставал, и на лице Агнесс уже не было живого места. Шпага взвизгнула опять. Агнесс отпрянула, и дно ушло из-под ее ног.

– Назад! – скомандовал Саймонс, и человек, загнавший Агнесс в воду, тяжело двинулся к берегу, то и дело оборачиваясь, чтобы взглянуть туда, куда неотрывно смотрели остальные.

Голова Агнесс показалась над водой, но в широко открытый рот хлынула вода – и она вновь погрузилась.

Марина зажмурилась. Саймонс заговорил нараспев, но она слышала лишь звуки, из которых не в силах была составить слов, и не понимала, молится он или проклинает.

Оглушительный звук вырвал ее из гнетущего кошмара. Открыв глаза, Марина увидела убийцу Агнесс, который, зажимая кровавую рану на груди, медленно оседал наземь.

Руки, безжалостно державшие Марину, разжались, и она повалилась плашмя, но тут же вскочила, забыв о боли, и не веря себе, уставилась на двух всадников, которые очертя голову неслись с обрыва. В руке одного что-то сверкнуло, снова раздался грохот – и Марина поняла, что это пистолетный выстрел.

– Милорд! Сэр Десмонд! – послышался чей-то испуганный крик, и Марине на миг показалось, что с неба обрушился снегопад и засыпал берег. Но нет, это на песок посыпались белые балахоны, которые «братья» в панике сбрасывали, вскакивая на своих коней и пускаясь прочь.

Один из балахонов накрыл Марину, и когда она с усилием выпростала голову, берег был почти пуст. Только два темных коня тянулись мордами к серебристой, спокойной воде. Два коня. Ее и… Агнесс.

Топот копыт заставил Марину с усилием повернуть голову, и она увидела Десмонда и Джессику, во весь опор летевших по берегу.

Десмонд чуть ли не на полном скаку соскочил, подхватил Марину, встряхнул, прижал к себе:

– Ты жива, слава богу! Я думал, не успеем!

– А мы и не успели, – устало проронила Джессика. – Или они увезли Агнесс с собою?

Марина качнула головой, и глаза ее против воли устремились на сияющую гладь реки.

– Добилась! Ты добилась своего! – вскрикнула Джессика, разразившись слезами и падая лицом на гриву коня.