Жена самурая (СИ)

Клан Асакура, невероятно возвысившийся после войны, в которой они не участвовали и ничего не потеряли, не любили многие. А за последние несколько лет старик успел настроить против себя и тех, кто раньше относился к нему равнодушно. Не только на Такеши простирались его интриги и заговоры.

Нарамаро встретил его встревоженным взглядом в комнате, полной его советников и представителей множества кланов, собравшихся в Камакуре вместе с женами и детьми. Казалось, что ждали только его, потому что когда Такеши сел на свое место справа и чуть позади Сёгуна, тот кивнул и заговорил первым.

— Весть о смерти Дайго-сана невероятно нас огорчила.

Такеши поплотнее стиснул губы, с интересом вглядываясь в лица мужчин. Главы кланов сидели за низкими столами, выстроенными перед ним и Нарамаро в две ровных линии, и со своего места он мог разглядеть почти каждого. Особенно пристальный и долгий взгляд он задержал на сыне Дайго-сана. Тот заметно нервничал, ерзая на своем месте, и воровато оглядывался по сторонам, словно сомневался, что вправе находиться в этом месте, в окружении мужчин, что возглавляли другие кланы.

Еще никогда так сильно Такеши не хотелось, чтобы существовало посмертие. И чтобы Дайго-сан мог сейчас видеть своего жалкого, трясущегося сына.

Нелепость положения старшего сына старика Дайго и наследника Асакура давно уже перестала быть поводом для обсуждения. О том, как не повезло главе Асакура, говорили пару десятилетий, и вот в последние годы пересуды, казалось, умолкли. Но стоило войне закончиться, а людям — вернуться к привычной жизни, как разговоры вспыхнули с новой силой. Тем более что встречи между представителями разных кланов — не без вмешательства Нарамаро — участились, и каждая из них давала новый повод для кривотолков.

Неудивительно, что старик так старался добиться как можно больше власти и влияния. Ведь он знал, на кого оставляет свой клан; кто возглавит его после его смерти. Такеши вспомнил глаза Дайго-сана перед тем, как тот умер. Ненависть и страх смешались в его взгляде, и Такеши смотрел на старика, пока тот не перестал дергаться и не затих в его хватке.

Асакура мог бы жить, думал Такеши. Если бы он довольствовался тем, что уже заполучил: его дочь, половину клана Токугава, земли и деньги, торговые пошлины и дороги, власть, признание. Если бы он вовремя остановился, унял свою жадность и гордыню, старик мог бы жить. Он уже надломил клан Минамото. Тогда, во время войны, у Такеши не было выбора, и он согласился на все, что предложил старик, полностью принял его условия. Усмирил свою гордыню. Несмотря на опасность, которой подверглась Наоми, несмотря на затеянную стариком интригу, на столкновение его лбом с Тайра, Такеши все же заключил с Асакура союз. Потому что так было нужно для выживания клана.