Жена проклятого князя

На сей раз двумя слугами, причем оба настороженно следили за ней и старались не поворачиваться спиной. Чтобы не смущать их, Тиль даже отошла к окну полюбоваться пламенеющим над городскими крышами закатом.

– Я всегда знал, что ты не только красива, но и умна, моя прелесть. – Маньяк галантно поцеловал ей руку и проводил к столу. – К твоим глазам очень идет зеленый.

Садясь, он одобрительно оглядел Тиль с головы до ног.

Она старательно держала невозмутимую мину, хоть ей и снова хотелось треснуть мерзавца чем-нибудь тяжелым. Да, ее переодели в изумительно красивое платье. Светло-зеленое, шелковое, отделанное тончайшим кружевом и тонкой золотой вышивкой. К платью прилагался изумрудный гарнитур, но его Тиль надеть не себя не позволила. Она и с новым платьем-то смирилась лишь потому, что старое исчезло, пока она спала, а встречать Маньяка завернутой в простынь или занавеску ей что-то не слишком хотелось. Ржать ведь будет, скотина."

"Вот почему он постоянно чему-то радуется? Прямо как не злодей.

А он, зараза такая, вместо злодейского шантажа и угроз подмигнул ей и принялся уплетать жареного фазана. Тиль – тоже. Чтобы сопротивляться мерзавцу, нужны силы. Но почему он не пытается даже с ней заговорить? Только жует и пялится в ее декольте. Свинья.

– А я думала, вы считаете меня неграмотной идиоткой, шевалье. Вы не оставили мне ни одной книги, чтобы скрасить заточение.

– Прошу прощения, моя прелесть. Сегодня же распоряжусь, чтобы тебе доставили учебники по некромантии. За неполный месяц обучения ты сделала большие успехи.

– Я бы предпочла заниматься со своим учителем.

– Вряд ли тебе будет приятно заниматься с мертвецом, любовь моя. – Маньяк мило улыбнулся и кивнул на ее бокал: – Тебе налить шампельенского?

Тиль еле удержалась, чтобы не швырнуть в него тарелкой. Он блефует. Наверняка блефует. Если бы с Андре что-то случилось, она бы почувствовала! Они связаны слишком тесно, чтобы вот так… Нет. Андре жив.

– Будьте любезны, – царственно кивнула Тиль. – Мне кажется, слухи о его смерти несколько преувеличены.

– А, его еще не казнили. Но приговор за покушение на наследного принца может быть только один – смерть через отсечение головы. Правда, его величество раздумывает, не отдать ли шевалье Вульфа инквизиторам для показательного сожжения.

– При чем тут шевалье Вульф? – Тиль показалось, что стул под ней покачнулся.

Маньяк же словно не заметил ее вопроса, поставил пузатую бутылку обратно в ведерко со льдом и поднял свой бокал.

– Самое время выпить за удачную операцию, любовь моя!

– За какую операцию?

– Предотвращенный заговор, что же еще. Безопасность Франкии в надежных руках.

– О да, в руках маньяка, извращенца и темного мага. Бедная Франкия.

– Счастливая Франкия, любовь моя.