Жена неверного ректора Полицейской академии (СИ)

Смешно.

Освальд судит по себе. Для него то отсутствие элементарного комфорта, в котором нахожусь тут я, смерти подобно.

Для меня смерти подобно совсем другое.

Газеты со светской хроникой, которые по моей просьбе он мне присылает каждую неделю.

Я не могу их читать.

Но и не читать тоже — не могу…

До сих пор помню лицо отчима, когда он вместе с адвокатом явился ко мне в изолятор сразу после задержания.

Такое лицо, как будто по нему сапогами прошлись.

— Разумеется, ни я, ни твоя мать не верим, что ты призвал демонов, сынок! Тебя подставили, и мы выясним, кто это сделал. Господин Рикардо — лучший адвокат во всем Декстоуне, он выстроит блестящую линию защиты. Тебя оправдают, это однозначно, Лианс! Так, для начала тебе нужно написать отказ от своих первоначальных показаний…

— Я не напишу, — спокойно перебил я. — Потому что я действительно призвал демонов Омровода. И должен понести за это наказание.

Освальд принялся горячиться и, размахивая руками, бегать по комнате свиданий.

Я же наблюдал за этим с олимпийским спокойствием.

Я-то точно знал, что иного пути нет.

Никто не должен узнать, что меня подставила Дарина. Что это она призвала демонов.

Что она их королева.

Что в ту ночь после Бала Весны она оставила в моем доме следы проведения темных ритуалов с демонами, а потом анонимно сдала полиции.

Именно так я под утро и очухался — гостиная была в пентаграммах, черных свечах, трупах черных кур и следах демонов, а в двери уже стучался вызванный ей полицейский патруль.

Мне нужно было выбрать, кто понесет за все это наказание — я или она.

Либо я сдаю ее, либо сажусь сам.

Все просто.

Ответ был очевиден.

Разумеется, я ее не сдал.

Взял всю вину на себя.

Ни словом не обмолвился о ней на допросах. Отвел от своей уже теперь бывшей невесты все подозрения.

Репутация, честь, достоинство — всего этого она меня лишила легким движением руки.

Хотела лишить еще и жизни, но неожиданно почему-то вмешался король Тибальд и запретил приговаривать меня к смертной казни. Что вообще-то было для него нетипично — ведь он ненавидел аристократию и не упустил бы случая избавиться от проштрафившегося наследника одного из известных родов.

Чего ему там в голову взбрело — дьявол знает.

Может, приснилось что — ведь Тибальд был как раз из этих дурачков, которые верят в вещие сны с четверга на пятницу и разные народные приметы.

Думаю, тут еще повлиял Освальд. Отчим очень сильно переживал мой арест и обвинения, и подключил все свои связи, вследствие чего приговор был до странного мягким

Двадцать пять лет лишения свободы с отбыванием в тюрьме особого режима — Твердыне Забвения.

Меня не лишили моего дракона, но надели на шею специальный ошейник, который предотвращал воплощение.