Жена неверного ректора Полицейской академии (СИ)

Ладно?

Вот кстати эта история была действительно интересна, и я устроилась поудобнее.

— Я помню это занятие. Галахер рассказывал нас про эти таинственные исчезновения людей. Про Летти Таусенд и Закари Уилсона, которые исчезли, как будто их корова языком слизала.

— Дочь барона Таусенда и лорд Уилсон — далеко не единственные, кто пропали, — кивнул Лианс — Их было много, этих исчезновений, причину которых никто долгое время не мог связать воедино… Прежде, чем по личному распоряжению короля Ксилена дело передали офицеру Альберту Рэтборну.

— Твоему отцу?

— Да. Моему отцу.

— Как он вышел на след?

Я так заинтересовалась, что с трудом изображала умирающую.

— Он… У него было нестандартное мышление. Он прорабатывал множество версий — от людоедов до провала в параллельные миры. Корпел над ежедневными отчетами. И в итоге вот, что заметил — в Декстоуне пропадали молодые люди, но одновременно почему-то стало больше пожилых бродяг. Я почти во всех подробностях помню карту исчезновений, которую мой отец составлял почти трое суток. Без перерыва на сон и еду.

— Не совсем понимаю.

— Это действительно мало кто понимал. К такой догадке смог прийти только мой отец. Кофейник, к прорицанию которого тогда обратился ковен, все сказал правильно. Летицию Таусенд действительно стоило искать в самой злачной ночлежке Декстоуна. Вот только не в образе молодой юной девушки, а в образе старой, дряхлой, спятившей с ума старухи.

— Этот маньяк… Он забрал у нее жизнь? Забирал у них жизни?

— Он забирал у них время, — пояснил Лианс. — Просто представь, что на улице к тебе подходит интеллигентный и приятный во всех отношениях господин и просит уделить немного времени. Ты воспитана и вежлива, и ты, не задумываясь, соглашаешься. Потому что не знаешь, сколько на самом деле твоего времени он заберет. Что на самом деле с тобой сделает…

— И что же он делал?

Для отвода глаз я кашлянула большим сгустком крови, потому что, вроде как, должна была умирать и не испытывать такого любопытства.

— Он доставал свои часы и переводил на них стрелки в зависимости от того, сколько лет хотел забрать. Обычно, это всегда было много — лет сорок или пятьдесят. Аппетиты у него были огромные. Прямо на его глазах жертва старела и лишалась разума. Затем он переодевал ее в тряпье, а настоящую одежду сжигал. Иногда он отпускал несчастного и тот пополнял ряды бродяг. Так стало с Летти Таусенд. Но если жертва помнила все, что с ней сотворили, тогда часовщик ее убивал. Так произошло с Закари Уилсоном — часовщик убил его и сбросил в реку. Когда ее прочесывали, то, разумеется, искали свежие останки молодого человека, а не труп дряхлого старика.

— Ужасно.

Лианс ничего не ответил и аккуратно стер мою поддельную кровь

А я была шокирована.