Жена неверного адмирала, или Шаурма от попаданки

И, блин, без бровей!

— Вы сказали, сотрете руны, но во мне ничего не изменилось!

— Конечно, изменилось. Присмотритесь-ка получше.

Ну, я и присмотрелась.

Глаза.

Они стали человеческими, нормальными, с круглыми зрачками, карей, а не с розовой радужкой, дурацкими сердечками и мохнатыми ресницами-гусеницами!

Я смотрела в них, в это зеркало…

Такие красивые, естественные, глубокие глаза.

Божечки, какая же дура Виола, что посмела их тронуть!

Но резкие скулы, узкий носик, выбритые брови, и главное, губы-пельмяши (ненавижу их, ненавижу!!!) портили все впечатление, сводили на нет глубину этих чудесных карих глаз…

— И это все?!

— Уважаемая леди Фрейзер, но ведь вы знаете, что процедура стирания руны красоты — весьма дорогостоящая. Кабинку стирания заряжают наши лучшие чудотворцы. Зарядка требует от них неимоверных сил, намного больших, нежели при накладывании руны. На вашем личном грандариуме, увы, находилась сумма, которая позволила снять лишь только одну руну — руну глазного облика. И еще… Надо будет оплатить стоимость статуэтки…

Так-так-так, похоже, у меня нет денег!"

"— Спишите необходимую сумму с грандариума моего мужа, адмирала Фрейзера, — я попыталась пойти ва-банк.

— Боюсь, у нас нет таких полномочий…

Вообще-то у меня была мысль, что необходимо прояснить финансовое положение Виолы — на что она жила и какими средствами располагала.

Но мне так хотелось поскорее избавиться от противного облика, что первым делом помчалась в клинику, а не к семейному адвокату Шатоперов.

Что ж, это было ошибкой.

— Я еще вернусь, — предупредила чудотворца.

— Мы в «Очаровании обольстительного облика» всегда вам рады, — поперхнулся Канефрон.

Благо, контора господина Грисволда, который занимался делами Виолы, была расположена неподалеку.

При моем появлении местные клерки, которые восседали за двумя длиннющими стойками друг напротив друга, аж прекратили работу. Кто-то даже приподнялся из-за стойки, чтоб проводить меня насмешливым взглядом.

Виолу тут явно знали не с особо хорошей стороны.

— О, леди Фрейзер, а я ждал вас со дня на день, — ехидно поприветствовал меня Грисволд. — Уже обнаружили, что ваш грандариум почему-то не работает? Какая жалость…

Это был противный человечек с жирными зачесанными назад волосами и лицом мудрой крысы.

Или не мудрой, просто крысы.

Клерки, понимающе переглядываясь, заулыбались. Присси по дороге успела немного рассказать про визиты сюда Виолы. Похоже, она так нещадно тупила, что с нее потешались всей конторой.

Вот и сейчас от меня явно ждали веселого представления.

— Вы прекрасно знаете, почему он не работает. Теперь потрудитесь это объяснить мне.

— Боюсь, вы, так же как и в прошлый раз, так меня и не поймете.