Ненужная жена

Поварихе очень понравилось, и она поинтересовалась, купим ли мы такую полезную вещь, когда она поступит в продажу, на что Мик ей пообещал, что сделает специально для нее один экземпляр и подарит. После чего его тут же усадили пить чай и довольная повариха, с моего молчаливого одобрения, принялась пичкать его булочками и пирогом с мясом.

А на следующий день Мик наведался в патентное бюро и подал заявку на получение своего первого патента.

А еще спустя несколько дней он его получил и светился от гордости как лампочка.

По этому поводу мы опять собрались втроем в уже приглянувшейся нам кондитерской и «обмыли» это дело чаем и тортиком…

И через неделю, первые в этом мире «миксеры» появились в продаже и к нам в карман потекли первые денежки… Чему очень радовались мы с Миком в равной степени.

Он открыл на свое имя два счета в банке, как мы и договаривались и вел строгую отчетность, сколько ему поступает денег, а потом половину от этой суммы переводил на второй счет, чековую книжку от которого передал мне. Ну, ничего лучше, во всяком случае, пока, мы не смогли придумать…

Глава 29

Эванжелина Савойская, вдовствующая герцогиня

Мы с моим мужем познакомились на балу, во время моего дебюта в Высшем свете, и я сразу же привлекла его внимание, как он мне потом признался.

Многие мои сверстницы сказали бы про него тогда, что он уже старик, так как он был старше меня на целых 11 лет, но только не я… Высокий, красивый, но не той слащавой красотой, которая была у моих сверстников, а такой … мужественной.

В его глазах читался ум, но он мог и пошутить, когда надо было. На тот момент он был вдовцом, его первая жена умерла родами, а также погиб и ребенок.

Шернар тогда несколько лет не показывался при дворе, что вызвало недовольство у нашего Императора.

И когда Шернар посватался ко мне, я не имела ничего против этого брака, а уж мои родные и подавно. Да для любой семьи было честью породниться с таким знатным и богатым родом.

Наша с Шернаром семья — это яркий пример того, как и должно быть в семьях. Мы нашли общий язык, а потом между нами возникла и крепкая любовь.

Разница в возрасте нам нисколько не мешала, напротив, я набиралась от него мудрости, а он заряжался от меня молодостью и безрассудностью. Нам было интересно вместе, у нас родился Даниэль, а спустя семь лет и доченька Есения.

Мы жили в любви и в согласии и именно такой семьи я и желала для Даниэля и для Есении.

В прошлом году Шернар заболел и вскоре умер, и я осталась без него в этом мире… Мне было плохо, но у меня были дети, частички моего Шернара и я посвятила себя заботе о них.

Даниэль уже к тому времени был достаточно взрослым и проживал отдельно от нас, благо, что поместий у нашей семьи хватало. И всячески пресекал мои попытки о нем заботиться, называл это гиперопекой.