Ненавистная жена

"

"Я перевожу взгляд на мужчину с глазами-щелками и акульими челюстями. Беру один из отложенных документов и раскрываю его. Его копию я успела изучить ранее, а «девочку» так и быть, проглочу. Не все жемнемальчиков обижать. А вот Борзов набычился. Напряг широкие плечи.

Я молча держу взгляд мужчины до тех пор, пока он не перестает барабанить пальцами.

— Значит, Станислав Витальевич, тебе мало половины, — спрашиваю холодно, — хочешь больше?

— С чего ты… вы взяли?

— Здесь третьим лицом указан некий Сорский. Кто он?

— Крупный бизнесмен. Мой хороший друг, — не моргнув глазом, отвечает мужчина-челюсти.

— Почему о нем нет данных?

— Он гражданин другой страны и не афиширует свои финансовые интересы.

— Какой страны?

— Послушайте, Марина, — хозяин кабинета нетерпеливо сжимает пальцы в кулак, опуская его на стол. — Зачем это вам? Поиграли и хватит! Оставьте серьезные дела решать мужчи…

— Ответьте конкретно! — я перебиваю его, добавляя голосу лед. «Девочкой» и «Мариной» он щупает меня, пытаясь понять, что за птица дочь Корнеева. И я готова прямо сейчас удовлетворить его любопытство. Иных вариантов у меня нет. Разве только подставить шею под акульи зубы.

Следующее я произношу терпеливее, позволил раздражению отозваться в каждом слове.

— Станислав Витальевич, моя семья ценит исключительно прозрачные отношения с партнерами, которым мы… ссужаем деньги. Но можем и передумать. Я жду!

— Святой земли!

На коленях у хозяина ресторана сидит вторая шлюха (первую троица усадила за стол для Борзова, догадаться не сложно, рассчитывая сгладить с моим мужем момент договора и условий), и мужчина, ругнувшись сквозь зубы, сам прогоняет ее прочь.

— Пошла отсюда…

— Стасик…

— Кому сказал, дура! Исчезла! — рявкает тот, разом теряя терпение, а я, воспользовавшись паузой, делаю звонок.

— Максим, ты на месте? Отлично. Пробей прямо сейчас — Сорский Иосиф Казимирович, гражданин Израиля. Крупный бизнесмен. Меня интересуют личные активы и все, что найдешь… Умер два месяца назад? Нет, спасибо. Это все, что я хотела знать.

Я отключаю звонок и холодно сообщаю мужчине:

— Сделка разорвана. Вернешь деньги незасвеченным налом в течении недели.

— Постой… Как это? — вскакивает «глаза-щелки», багровея в лице. — Эй, ты! Ты не посмеешь…

Я беру документы и разрываю их надвое, чтобы наглядно показать, что посмею и еще как. Спокойно откладываю в его сторону.

— Вернешь с двойными процентами, как компенсацией за потерю доверия Босса. Такое не прощают… Стасик! И не забывают. Тебе ли не знать после исчезновения твоего брата?

Я продолжаю держать его взгляд, скрестив руки в пальцах на столе и медленно оперев лопатки о спинку стула. Дав этому Губареву время осмыслить мной сказанное.

— Чт-то? — задыхается он.