Жена Эмина. Его наследник

Постелил его аккуратно и меня на ткань перенес.

- Ты сказал, что нужно спроектировать всего две комнаты, - осторожно начала я.

- Верно.

- Но как же Камаль? Почему ты оставил его так надолго?

Эмин молчал, а перед этим положил свою ладонь мне на плечо. От тяжести на теле в чувствах снова проснулся хаос. Это же Эмин, я каждое его прикосновение на всю жизнь запоминаю.

И сегодняшний день будет не исключением. Нам предстояла совместная ночь в палатках.

- Я сказал так, потому что подготовить третью комнату мы не успеем. Первое время Камаль и сын будут вместе. Познакомятся, привыкнут друг к другу.

Камаль и сын…

- Мама каждый день думает о нем. Ты отнял у нее сына, а теперь спрашиваешь меня, почему я скрыла от тебя свою беременность.

- Это разные вещи, Диана, - процедил Эмин.

- Ты выбрал на меня, а власть, но теперь упорно не понимаешь, почему я поступила аналогично, выбрав спокойную жизнь вдали от тебя.

- Ни слова больше, маленькая.

- Не то что? Что, Эмин? Повторишь историю нашей семьи? Булат даже на пороге смерти не простил Анну за побег, а ты…

Я горько улыбнулась.

- А ты сумеешь не простить, а понять меня?

Эмин резко поднялся, я следом.

- Я не отдам Камаля, если ты об этом. Особенно теперь, когда поблизости нарисовался любовник Анны.

- Они не были близки. Ты сказал мне неправду, Эмин. Моя мама не спала с Дамиром и не могла быть беременна от него.

- Это он тебе сказал?

- У меня нет оснований не верить ему. Дамир был Игроком, но он лишь хотел помочь моей матери. Однако не успел. Много лет Булат держал его взаперти.

Эмин подошел ко мне близко и запустил смуглую ладонь мне в волосы, слегка натягивая их. Губ коснулось горячее дыхание. В серых глазах клубился дым, состоящий из адской смеси.

- Не делай мне больно, Эмин, - взмолилась я.

- Разве сейчас тебе больно? Я лишь хочу поцеловать тебя.

- Твои поцелуи… они болью тогда закончились. В ту ночь.

В его глазах целая лента хронологии. Прошлое.

А еще настоящее. В настоящем ревность.

Недоверие.

И тоска, граничащая с достойными чувствами.

Жаль только, что до любви нам пришлось прожить столько километров боли. И сколько еще придется, кто мне скажет?

- Пошли, Диана. Довольно глупостей, нас заждался сын.

Я кивнула, но Эмин не отпускал. Смотрел в глаза пристально, обхватив затылок, и дышал тяжело. Даже рот открыл, будто наброситься намеревался.

- Я соскучился по тебе. Я устал засыпать один, маленькая, - изрек Эмин с тяжестью.

А как же Алена? Да, Эмин говорил, что после нашего расставания он до сих пор живет на Батальонной один, но доверять ему сейчас было невыносимо тяжело. Червячок ревности то и дело выбирался наружу, показывая другую Диану. Совсем другую. И эти чувства меня злили.

Однако спросить обо всем этом я не успела.

В следующую секунду раздался выстрел. Совсем рядом и в то же время далеко.