Жена для эльфийского принца

Она и не человек. Женщина, будущая мать. Но, чтоб их всех, не человек!

Тот, что напротив, шагнул к ней, прикрываясь руками, будто идя против ветра. Она не помнила его имени, да и какая, собственно, разница, кто это. Она все равно ему не нужна. Диана — вот кто… Диана, не она, Вика…

Мысли оборвал поцелуй. Горячие мужские губы обжигали, подавляли, приводили в себя.

Секунда — и он согнулся от боли, вскрикнул, застонал.

Вика пришла в себя, недоуменно осмотрелась, вспомнила уроки брата, резко выругалась, не стесняясь в выражениях. Свет, птицы, ураган, правда, уже уменьшавшийся. И этот… Альберт.

— Чтоб вас всех, — слезы потекли из глаз потоком, — боги, вы, сволочи, за что?! Что я вам сделала?!

Кто такой сексист, Альберт не понял. Впрочем, оно ему было и не надо. Он по тону догадался, что Диана, его Диана, сейчас его оскорбила. И такое поведение его поразило. Тихая, скромная, нежная девочка, теперь превратившаяся в непонятно… От размышлений его отвлекли изменения вокруг. Смерч в комнате, свет и птицы за окном подчеркивали, что жрица находится на грани нервного срыва. Он пытался докричаться до нее, звал каждым из имен, но она не реагировала, уйдя в себя, меняясь на глазах. «Её надо остановить, необходимо прервать творящееся», — появилась в мозгах здравая мысль.

Способ привести в себя сходившую с ума жрицу Альберт видел только один, и тот грозил не очень приятными последствиями.

Шаг, второй… Губы сами накрыли милый женский ротик, искривившийся в горькой улыбке. Насладиться поцелуем не получилось. Месть магии не заставила себя ждать: тело пронзило иглой, большой, раскаленной, длинной. От макушки до пят. Альберт, не выдержав, вскрикнул, потом застонал.

— Чтоб вас всех, — послышалось горькое рядом, — боги, вы, сволочи, за что?! Что я вам сделала?!

Боль прошла, Альберт с трудом распрямился. В таком тоне разговаривать с богами не мог даже он.

— Не уважаешь ты… — начал было он."

"— О, очухался, — презрительно бросила жрица, — кто бы говорил об уважении. Сильно вы, эльфы, уважаете что богов, что другие расы? Хотя о чем я. Вы же высшие, вам по рождению положено через губу плевать. Ну вот и получите, богов уважающие.

Судя по поведению, истерика у жрицы еще не прошла.

— Как бы то ни было, твои слова…

— Слова? — вызверилась жрица. — Кто бы говорил о словах. Тебя вообще вежливости кто-нибудь учил?! Ладно, пьяный приперся ночью. Но, блин, какого лешего… — Она резко замолчала, а затем приказала, глядя прямо перед собой. — Лианы, выставьте его наружу, и больше его сюда не пускать! Никогда!

Перемещаться завернутым в живой кокон — удовольствие не из приятных. А быть выкинутым за дверь той, к кому пришел просто поговорить, еще и унизительно.