Жена для генерального

Палец потянулся к сенсорной кнопке выключения, но в трубке внезапно раздался вопрос, который меньше всего ожидала услышать:

– Дочь, так ты в гости вообще собираешься? Внучку родителям показать. Самой показаться. Или нам с отцом искать тебя по всему городу и гадать, куда ты могла переехать из своей квартиры?

Я медленно перевела дыхание. Тоненькая потрепанная ниточка между мной и мамой опасно натянулась.

– А вам хочется нас увидеть?

Мама тоже ответила не сразу. Я слышала в трубке какой-то шум, крик: «Да выключи ты, наконец, свой телевизор! Достал уже!». И лишь потом получила ответ:

– Если мы стали тебе чужие – не приезжай, а если нет – наш дом и твой дом.

Для моей не слишком эмоциональной мамы такие слова были настоящим откровением. Глотая ком в горле, я обернулась к ползающей на теплом коврике Саше. Заметила ее улыбку. И тихо, будто резко разучилась говорить, произнесла:

Не представляю, как Марат с одного взгляда уловил мое настроение, но с самой первой секунды в доме он повел себя непривычно.

Вместо объятий и быстрого секса мне достался долгий, мучительно-сладкий поцелуй. А потом этот садист тихонько потянул за мочку уха и шепнул:

– Сегодня я готов побыть твоим личным вышибалой. Кого первым стереть в порошок?

Этот умный гад как книгу меня читал. С большим шрифтом и картинками.

– А может, вместо драки просто полечишь меня по старинке? – Я сама прижалась к нему. Почти как обычно. Грудью к груди, чтобы видел отключающее мозг декольте. Бедрами к бедрам, чтобы ещё быстрее зажечь этот ходячий костер.

Но Марат не повелся на уловку.

– Маленькая, нереально хотеть тебя сильнее, чем я уже хочу, – он провел ладонью вдоль позвоночника и звонко шлепнул меня по попе. – Но ты ведь сама просила – никаких тайн.

– А если я возьму свое слово обратно. Хоть ненадолго?

Странное дело – рядом с Маратом мое прежнее волнение само куда-то улетучилось. При мысли о поездке домой ничего не тянуло внутри, руки больше не подрагивали.

– Нет, маленькая, больше никаких шагов назад. – Горячие губы коснулись виска. Глаза загадочно сверкнули, словно прятали какую-то свою тайну. – Рассказывай.

Знай я заранее, что задумал Марат, заклеила бы себе рот скотчем или изобразила бы временную потерю голоса. Саша уж как-нибудь пережила бы немую маму. Мне вечерок помолчать тоже было бы полезно.

Но лгать, когда на тебя так смотрят, было невозможно. Преступлением казалось.

Последствия не заставили себя ждать. Уже утром вполне будничным тоном, словно речь о погоде, Марат объявил, что мы все вместе едем в гости к моим родителям. Так и сказал: «Знакомиться!».

Мое обалдевшее выражение лица его ничуть не смутило. А временный сбой всех систем позволил быстро вызвать нам машину с сопровождением и упаковать Сашу в новенький комбинезончик.