Желанная

Назревал конфликт, и перевес был не на стороне Торвальда. Он рисковал лишиться всего. Власти уж точно. Я не могла этого допустить. Тем более это никак мне не поможет.

— Я готова понести заслуженное наказание, — заявила твердо.

Наши с мужем взгляды пересеклись. Глазами он умолял меня не делать этого, но я совсем не боялась. Напротив испытала прилив сил, вдруг поверив, что отношения у нас с Тором обязательно наладятся. Если, конечно, у меня все получится.

Я обвела взглядом мужчин. Неужели никто кроме Тора не заступится за меня. Даже Расмус? Признаться, я надеялась, что отыщется доброволец. На это и делала ставку, отказываясь от помощи мужа.

В следующую секунду все кардинально изменилось в который раз за собрание. Воины расступились, и вперед вышел Никлас.

— Я займу место миледи Алианны, — сказал юноша.

Я вздохнула с облегчением. Вера, что Никлас не бросит меня в беде, оправдалась. Вот он идеальный выход из ситуации: я избегаю наказания, а Тор сохраняет уважение наемников. Эта маленькая хитрость родилась из уже ставшей привычной мысли — как бы поступила Алианна? Правда, мучила совесть, что подставляю юношу. Но для него десять ударов розгами — пустяк. Пара недель и спина заживет, а я могу потерять ребенка.

Тор смотрел на Никласа со смесью облегчения, благодарности и ненависти. Не мог смириться, что моим спасителем будет не он? Но я не привередничала и просто радовалась, что все сложилось так удачно.

Наемники подозрительно легко согласились на замену. Может, изначально они и собирались меня выпороть. Небось, договорились заранее между собой, уже зная, что я принесу выкуп — слухи в крепости быстро разлетаются. Но новость о беременности спутала им карты, а еще они не ожидали, что Тор начнет заступаться за меня. Это выбивалось из их картины мира.

Пришлось менять планы на ходу. Раз с поркой не вышло, решили попугать, чтобы впредь неповадно было так себя вести. Уж очень вовремя Расмус вспомнил традицию с заменой. Наемники не сомневались: кто-то обязательно вызовется вместо меня. Причем кто-то небезразличный мне."

"Я покачала головой. Тоже мне воспитатели. Нашли выход: из-за беременности не смогли наказать физически, зато наказали морально, заставив смотреть, как Никлас получает десять ударов розгами. Если не прочувствовала все на своей шкуре, так хоть гляди, как это больно.

Надо отдать юноше должное: он ни разу не вскрикнул. Зато я вздрагивала, морщилась и стонала за двоих. Это был акт устрашения, и он удался на славу.

Едва наказание закончилось, я, позвав рабыню, поторопилась к Никласу.

Юноша все повторял:

— Ничего, миледи. Это пустяк. Главное вы в порядке.

На пару с рабыней мы повели его со двора. Поднимаясь по ступеням, я оглянулась на Тора. Муж внимательно следил за мной.