Аргар, или Самая желанная

Когда первый покупатель встал надо мной и приказал показать зубы, я изобразила самую милую и приветливую улыбку, какую только смогла. Судя по бриллиантовым перстням, этот мужчина был очень богат, а только деньги и власть могли помочь мне вырваться из этого ада.

– Сколько тебе лет? – спросил он.

– Восемнадцать, благородный оэйн, – ответила я, чувствуя, как в горле застревает комок.

– Лесваррка?

Кивнула, боясь, что голос дрогнет. А слабость и страх показывать не хотелось. За время плена я поняла – слабые умирают первыми.

– Хорошо, сколько с меня? – покупатель обернулся к сопровождающим.

Так я попала на Шумаи, в гарем к одному из мелких шейхов. Мне повезло, после всего того ада, что пришлось пережить, там были довольно добры ко мне. Но я ни на мгар не забывала о своей ненависти. В гареме меня вылечили, восстановили тело, свели все шрамы и синяки… Но душу вернуть не смогли. Моя душа умерла еще тогда, на круизном лайнере. Амрина Диффан умерла вместе с матерью и сестрой. В гареме меня назвали Лимарой.

***

30 мальтиса 582 года правления династии Айрокан (9787 год по общему летоисчислению)

В гареме я пробыла не так уж долго, около двадцати синклавов. За это время полностью восстановилась и даже отъелась, и теперь искала удобного случая, чтобы сбежать. Нужно было действовать наверняка, ведь второго шанса у меня не будет – это я знала точно. За неповиновение на Шумаи женщин жестоко наказывали. Жизнь рабыни здесь ценилась дешевле, чем тряпки, в которые этих рабынь одевали.

Ту ночь помню до мелочей. Шейх Ахандер выбрал меня на вечернем смотре. Каждый день во время ужина гаремные рабыни танцевали перед ним, а он кидал мелкую монетку той, которая должна была ублажать его ночью. И вот в этот раз выбор пал на меня.

Когда я поняла, что эту ночь мне придется провести с шейхом, меня снова охватили воспоминания о пережитом ужасе, но отказать не могла. Не имела права.

Гаремная управительница Иматти сама выкупала меня, умастила благовониями и обрядила в полупрозрачное платье, которое абсолютно ничего не скрывало. Ахандер уже ждал в своих покоях. Когда я вошла, он сидел на большой подушке за столиком, накрытом на двоих, и жестом предложил мне разделить с ним трапезу. Я подчинилась.

Шейх оказался любителем холодного оружия. Над изголовьем его кровати висели две скрещенные сабли-янграны с изогнутым лезвием и несколько кинжалов с причудливыми клинками. Некоторые из них были волнообразные, некоторые с насечкой. Но мой взгляд прикипел к одному – с узким тонким лезвием, похожим на шило. Это был тинтар – кинжал наемных убийц.

Ахандера, как и тех ублюдков, абсолютно не волновало, чего я хочу. Он просто пользовался мной, как своей вещью. Делая больно, требовал, чтобы я улыбалась, и наказывал за слезы.