Колодец забытых желаний

– Как вас зовут? – тихонько спросила девушка. – Или вы засекреченный, не хотите говорить?

– Федор, – торопливо представился тот. – Федор Башилов.

– А вы откуда?

– Да, – приближаясь и запахивая пальто, вдруг громко сказал Олег Петрович. – Это хороший вопрос. Вы откуда?

В ее присутствии Федор не стал бы ничего рассказывать, даже если бы его, как Муция Сцеволу[3], стала пытать огнем целая свора жестоких этрусков!

– Я просто шел мимо и зашел. – Он исподлобья посмотрел на Олега и вдруг ужаснулся тому, как тот похож на его отца.

Нет, внешне они были совершенно разными! Отец высоченный, длинноволосый, стройный, а этот наголо бритый, плечистый, и длинное пальто смотрелось на нем по-дурацки.

Но он так же уверен в себе, так же источает власть, так же подавляет одним своим видом. И взгляд равнодушный, и губы сложены презрительно! Должно быть, они, богатые, все на одно лицо и скроены из одного материала!

– Ты шел откуда и куда?

– А?

– Откуда и куда ты шел? Ты живешь на Фрунзенской?

Федор отвел глаза.

– Нет.

– Как ты здесь оказался? Откуда ты? Что ты делал сегодня в том переулке? Что это за люди, с которыми ты дрался?

Федор был не готов к допросу. Он даже не подумал о том, что нужно сочинить некую версию своего присутствия, что его могут об этом спросить! А впрочем, если бы подумал, вряд ли сочинил бы так быстро.

– Нету шкатулки, Олег Петрович!

– Нужно уезжать. – Олег повернулся и, не глядя, приказал Федору равнодушно: – Ты поедешь с нами.

– Никуда я с вами не поеду!

– Олег, почему ты с ним так разговариваешь?! – вдруг вступилась девушка. – Это просто хамство! Особенно если ты его не знаешь!

Федор от неожиданности неприлично выкатил глаза и уставился на нее. Конечно, этого быть не могло никак, но она за него заступилась!

– Мне некогда разводить с ним китайские церемонии, – отрезал Олег Петрович. – Он оказался на месте преступления раньше меня, и я не знаю, кто он. Василий Дмитриевич убит, и нет только одной шкатулки, а все остальное на месте.

– А он-то тут при чем?!

– Я не знаю, при чем он или ни при чем!! – вдруг заорал равнодушный.

Заорал так, что Гена пробормотал, отводя глаза:

– Тихо, тихо…

– Может, он и ни при чем!! Только старик убит, а это был мой старик!! Мой, понимаешь?! И я его не спас, хотя он меня просил!! Просил, а я его послал… на «Павелецкую»!

С каждым его выкриком Виктория отступала все дальше и дальше и даже ладошку к губам поднесла, испугал он ее, наверное.

Олег вдруг подошел к Федору, который был на голову его выше, выше и здоровее, и схватил за грудки, за куртку из «искусственного кролика», с которой те двое, из переулка, сегодня оборвали все пуговицы. Прямо перед собой Федор увидел его бешеные глаза.

– И если я узнаю, что это ты его убил, я тебя собственноручно!..